Книга Монолог фармацевта. Книга 2, страница 119 – Хюганацу

Даже низшая служанка могла небывало вознестись, если удостоится благосклонного взора государя. Неудивительно, что ведомые этой мечтой девы-чиновники только и делают, что подражают наложницам высшего ранга. В особенности не спускают глаз с Гёкуё гуйфэй и Лихуа сяньфэй, поскольку те ходят у его величества в любимицах. Разумеется, самой изобретательной и нарядной из высшего ранга считалась наложница Лоулань, однако она меняла платья и прически до того часто, что многие принимали эти перемены за причуду, и стать живым образцом она никак не могла.

Закончив за день с розами в Хрустальном дворце, Маомао вернулась в Нефритовый, дабы, как и всегда, снять пробу с кушаний и питья на яд. Между делом она и там показала алые ноготки. Наложнице Гёкуё и ее прислужницам такое украшение показалось чрезвычайно любопытным, а вот строгой госпоже Хун-нян оно не пришлось по душе. Она сочла, что красить ногти – занятие совершенно бессмысленное, к тому же неудобно с ними ходить.

«Жаль, у меня нет кислицы, чтобы смешать с недотрогой…» – поглядывая на свои пальцы, посетовала Маомао.

Недотрогу иначе называют «алыми ноготками», а кислицу – «кошачьими лапками». Если их истолочь вместе и тщательно перетереть, кислица сделает алый цвет недотроги ярче и насыщеннее.

К тому времени, как во Внутреннем дворце почти все девы-чиновники принялись ходить с алыми ноготками, первые бутоны роз начали расправлять свои лепестки. Все они, вышедшие из парильни Маомао, имели чистый белый цвет…

* * *

— Как же ты их вырастила? – нахмурившись, потребовал объяснений господин Дзинси.

Преподнеся розы государю, он поспешил удалиться с пиршества в сад и вдруг обнаружил в беседке Маомао – та лежала головой на коленях Инхуа. Решив не упускать случая, господин Дзинси направился прямо к ней, дабы расспросить поподробнее о розах. За ним по пятам следовал верный Гаошунь. Когда оба вошли в беседку, он, как и всегда, встал за спиной своего господина. Правда, на его извечно спокойном лице на этот раз читалось плохо сдерживаемое любопытство.

Завидев господ, Инхуа поклонилась и поторопилась удалиться, сказав, что в ее помощи, судя по всему, больше не нуждаются. На самом же деле она хотела оставить господина Дзинси со своей служанкой наедине, ведь Маомао только на время вернулась на службу к госпоже Гёкуё.

— Просто окрасила, – когда дева-чиновник ушла, сказала господину Дзинси Маомао.

— Окрасила? Но я не видел мазков на лепестках, – возразил тот и пошевелил пальцем так, будто трогает невидимую розу.

— Потому что я красила изнутри.

У Маомао еще осталась целая ваза, и она достала из нее один цветок, который повернула стеблем вверх. Едва она коснулась среза, как на пальце показалась синяя капля. Очевидно, синие розы никто не выращивал – просто Маомао на время оставила белые в подкрашенной воде. Стебли, как и положено цветку, пили воду и вместе с ней втягивали краску, благодаря чему свежие лепестки постепенно приобретали другой цвет. Кстати, о нем: окрасить можно в любой, ведь розе все равно, с какой краской впитывать воду. Беда лишь в том, что от темных цветов листья тоже темнеют и выглядят грязными, из-за чего Маомао пришлось их обрывать, прежде чем ставить розы в вазу. Выглядело это не слишком красиво – на голых стеблях торчали одни бутоны.