Онлайн книга «Монолог фармацевта. Книга 2»
|
Сановника звали Сисё, и он приходился родным отцом наложнице Лоулань. Еще при жизни покойного императора, точнее, во времена владычества его мудрой матери, он пользовался при дворе особым расположением и таким почетом, что даже нынешний император обязан уважать его. Несмотря на то, что господина Дзинси так и подмывало растянуть рот в улыбке, позволить себе такую дерзкую непочтительность он не мог. Впрочем, как удержаться, когда терпеть уже нет никаких сил? Взгляд его случайно скользнул вправо, и господин Дзинси встретился глазами с человеком, сидящим по правую руку от трона. Лисий прищур, монокль… Ничуть не считаясь с торжеством вокруг, сей человек задумчиво грыз куриное крылышко, то и дело пряча его в рукав, когда кто-то обращал на него внимание. Но, убедившись, что никто не смотрит, господин снова вынимал его и вырывал зубами кусочек. То был военный советник Лакан, прославленный придворный стратег, и господин Дзинси прекрасно понимал, что среди царедворцев он – опаснейший человек, кому нет равных. Господину Лакану явно не сиделось на месте. Отчаянно скучая, он вдруг заинтересовался затылком сановника по соседству и, повинуясь мимолетной прихоти, потянулся к его головному убору, дабы снять его. Но вот беда! Вместе с шапкой сошли и пряди темных волос, скрывающих лысину несчастного царедворца. Увидев ее, господин Лакан притворно изумился, а три других сановника, ставшие свидетелями этого безобразия, разом съежились от неловкости и поспешили отвести взгляд. Выходка господина стратега, без преувеличений, была жестока: накладные пряди изготовили чудо как хорошо, и со стороны они ничем не отличались от живых волос. Господин Дзинси, наблюдая безобразную выходку военного советника, всеми силами старался не усмехнуться. Ему приходилось тяжко, однако и другие гости с трудом сдерживались. И все равно одни давили кривые усмешки, другие – хохот, третьи – старательно отводили глаза. Правда, они не пребывали перед очами самого императора, а господин Дзинси как раз направлялся к нему. Всячески сдерживая расползающуюся ухмылку, он степенно прошествовал до конца алой дорожки, прямо к самому трону, где поставил вазу с пестрыми розами на стол. Следом господин Дзинси опустился на колени и почтительно склонился у ног государя. Только дождавшись, когда тот, поглаживая свою благообразную бородку, благосклонно кивнет, лучезарный евнух осмелился вскинуть голову, подняться с колен и удалиться. Сдержав обещание, данное его величеству, он с нескрываемым облегчением выдохнул. С трудным делом покончено, и господин Дзинси мог покинуть пир. Уходя, он бросил взгляд на императорский помост, дабы посмотреть, чем занят военный советник. Как выяснилось, господин Лакан глядел на вазу с нарочитым интересом и, не сводя с цветков глаз, лакомился изюмом. «Хоть бы раз удосужился соблюсти приличия…» – с досадой подумал господин Дзинси. * * * — Маомао, ты больше не ходи в Хрустальный дворец! – из добрых побуждений отчитала ее Инхуа. Обе ушли подальше от шумного пиршества и укрылись в садовой беседке. После всех забот Маомао несказанно измучилась и прилегла на скамье, а заботливая Инхуа устроила ее голову у себя на коленях. Она не на шутку тревожилась, не подорвала ли старательная подруга свое здоровье. |