Книга Зимний дом, страница 34 – Кэрол О’Коннелл

Одежда Мэллори нависла над столом и произнесла:

— Нам не нужна предварительная договоренность.

Брюнетка забеспокоилась. Возможно, почувствовала опасность?

О да.

Она замерла и сидела тихо, руки напряженно сложены, костяшки пальцев побелели. Мэллори перегнулась через стол и нажала кнопку, которая открывала дверь в святая святых Сида Генри, эсквайра. Райкер проследовал за Мэллори, еще раз оглянувшись на запуганную секретаршу.

Отлично сработано.

За дверью оказался светлый кабинет с огромным панорамным окном. Адвокат, одетый с иголочки, развалился в кожаном кресле и грелся на солнце, словно ящерица. Он даже пошевелился, будто пресмыкающееся, вскинув голову от неожиданности, затем приподнялся и уже собрался начать словесную атаку, но вдруг резко захлопнул разинутый рот. Может, его остановило симпатичное лицо Мэллори? О нет, Райкер догадался, что дело не в Мэллори, а в ее огромном револьвере, «питоне-357». Мэллори стояла, подбоченившись, расстегнутый блейзер немного сполз с одного плеча, так что адвокат не мог не увидеть внушительную пушку. Сид Генри осторожно опустился в кресло.

Райкер наслаждался этими мгновениями. Мэллори еще не предъявила значок, и мерзавец-адвокат, помня о том, что его последним клиентом был серийный убийца, пока не знал, кто стоит перед ним — сумасшедшая или полицейский. Будет он жить или умрет?

Райкер разрядил обстановку, достав собственный золотой значок.

Мэллори извлекла из рюкзака конверт, открыла его и вытащила фотографию, сделанную в морге на анатомическом столе, уже после вскрытия: бледное обескровленное тело за вычетом всех жизненно важных органов.

— Узнаете бывшего клиента? Да, не самый лучший портрет. Вилли Рой Бойд, который зарезал трех женщин и выпотрошил их охотничьим ножом. Вы добились, чтобы его выпустили под залог. — Мэллори бросила снимок на стол. — Теперь узнаете?

— В этом виновата полиция Нью-Йорка, — осклабился Сид Генри, абсолютно уверенный, что она не причинит ему вреда. — В деле против моего клиента имелись слабые места.

Мэллори тяжело опустила кулак на стол, будто ударила отбойным молотком.

— Мое дело было идеальным.

Адвокат вздрогнул, глаза его широко распахнулись, и он понял, что допустил оплошность: Мэллори вела это дело, и ей не нравилась критика в ее адрес.

— Я просмотрела каждый прецедент, который вы упомянули на слушании об освобождении под залог. У вас ничего не было, сплошное вранье. Вы прекрасно понимали: судья не признается, что не разбирается в прецедентном праве, связанном с поимкой и задержанием преступников. Вы фактически стояли у черты лжесвидетельства.

— Итак, вы пришли покарать меня? — спросил Сид Генри. — Собираетесь запугать до смерти? — Он постучал пальцем по снимку и перевернул его. — Бесполезно. Эта отвратительная фотография — просто спектакль.

Райкер заранее знал, что к Генри быстро вернется самообладание. Всем в полиции известно, что адвокаты живучи, как тараканы, и даже если их обезглавить, они еще до трех дней смогут вести процесс.

Мэллори вернулась к двери и закрыла ее — медленно, с улыбкой. Что бы здесь ни прозвучало и ни произошло, свидетелей не будет. От Сида Генри это не ускользнуло.

— Итак, Сид, мне кажется, я догадываюсь, — начал Райкер. — Ты ведь всего лишь сотрудник, так? У тебя нет доли в фирме? Нет, для этого ты слишком молод. Держу пари, что твои престарелые боссы не догадываются, сколько тебе заплатили за освобождение под залог этого мясника.