Книга Зимний дом, страница 107 – Кэрол О’Коннелл

Мэллори обратила глаза к небу, словно ожидала увидеть летающих свиней, ангелов и прочие чудеса.

— И судья решил, что этого достаточно для ордера?

— Нет. Ты дашь мне закончить? Я сижу у судьи, он звонит Шелдону Смиту. Решил, что это просто недоразумение. Может, удастся обойтись без ордера. Но наш адвокат все еще лыка не вяжет. Его Честь не может добиться ни слова о трастовом фонде. Вдруг он начинает злиться и говорит: «Отсосать что?» И вот этого оказалось достаточно для получения ордера.

— Рекомендую больше отдыхать, — сказал Чарльз. — Дневной сон так мало ценят в этом мире.

— Вы правы. Я мало спала последнее время, — Недда подняла сковороду, и он полюбовался золотисто-коричневым омлетом. — И сегодня я собираюсь провести вечер с Клео и Лайонелом.

— Что за спешка?

— Пора, и уже давно. — Она выключила плиту и понесла свой кулинарный шедевр на стол. — У меня больше шансов на успех теперь, когда мы не живем под одной крышей.

Опять она о намерении подыскать жилье — одно из самых нервных занятий в Нью-Йорке. Недда не сможет быть счастливой в одиночестве, она неминуемо впадет в депрессию.

— К счастью, это здание принадлежит мне. — Он достал из буфета тарелки и поставил их на кухонный стол. — И у меня есть свободная квартира. Думаю, вам она понравится. Но все же предлагаю остаться на несколько дней в моей гостевой комнате. Если удастся все уладить с Клео и Лайонелом, вам может и не понадобиться отдельное жилье.

Они сели за стол. Чарльз согласился, что бифштексный соус прекрасно подходит для омлета. Недда спросила, простил ли он Битти за маленькое святилище в ее спальне.

— Мой любимый снимок — тот, что был сделан на дне рождения. Наверное, вы произвели на нее огромное впечатление.

— И да, и нет, — ответил Чарльз. — Битти было тогда лет десять. У нее определенно проблемы с самооценкой. Она выбрала человека, к которому не боялась подойти, который казался настолько глупым, что наверняка не оттолкнет ее. И поэтому, чтобы не разочароваться, она не подошла и не заговорила со мной в тот день. Иначе я бы ее запомнил.

— Есть другая версия. Вы выше всех детей на фотографии. И уже тогда у вас было тело молодого бога. Думаю, племянница видела в вас своего защитника. И вдруг, в самую жуткую ночь ее жизни, появляетесь вы. Битти, наверное, это показалось чудом. Я видела, как вы говорили с ней. Ей это очень помогло. И ваша доброта. В ту ночь вы были ее героем. А этим утром стали моим героем.

Прежде чем психотерапевт и пациент успели совершить грубую ошибку, поменявшись местами, Чарльз взял салфетку и положил ее на стол, как белый флаг перемирия.

Битти ушла к себе в комнату. Прошло несколько часов с тех пор, как она говорила с тетей по телефону. Попугайчик старался отвлечь ее, ходил кругами и выдавал весь свой словарный запас.

Единственное слово, которое знал Рэгз, было «что?».

Попугайчик научился ему от Битти. Она редко спала всю ночь, не просыпаясь. От малейшего шороха она подскакивала на кровати и вскрикивала «что?».

Она опустилась на колени перед клеткой и налила птице воду. Насыпав свежих зерен, почувствовала, что тоже голодна. По ощущениям в доме не было никого, кроме нее, и она решилась покинуть комнату. Спустилась по скрипучей лестнице. С каждым шагом ей казалось, что старая лестница сейчас рухнет.