Книга Мясная лавка, страница 163 – Джуно Доусон

— Ферди, а можем мы снять фильм?

Он ухмыляется – очень сексуальная ухмылочка.

— Что? Тебе захотелось добавить перчику?

— Ха! Нет, я совсем о другом, хотя и такой возможности не исключаю. Я хочу, чтобы ты снял кино про меня. Обо всем, что случилось. – Ну вот. Я это сказала. И сказанного не вернуть.

Ферди вмиг становится серьезным.

— Ты серьезно?

— Ага. Сейчас мое имя открывает все двери. Господи, сколько уже народу подъезжало с предложением купить «Мою Историю», но я предпочла бы, чтобы мы сами это сделали.

— Яна, ты уверена? Тебе придется реально… вывернуть душу перед всеми.

— Я знаю. Но тебе я доверяю. И не верю, что кто-то другой сможет сделать все правильно.

Он медленно кивает. Я вижу, как у него в голове уже вращаются шестеренки.

— Вау. Окей. Давай обсудим за ужином. Ты голодная?

Я широко улыбаюсь.

— Как волк. А тут вокруг потрясные вьетнамские забегаловки. Подожди, надо предупредить Грант, что мы смоемся через крышу.

Ферди вскакивает на ноги.

— Постой. – Он протягивает руку. – Потанцуешь со мной?

— Что-что?

— У меня ощущение, что это будет правильно.

Я таращусь на него – может, я брежу?

— Ты с ума сошел? Мы не умеем танцевать. И вообще – не так же. Здесь и музыки нет.

Он разводит руками.

— Ага. И что?

— Боже, это как-то стремно.

Тем не менее я беру его за руку, и он помогает мне подняться на ноги.

Ферди нежно обнимает меня за талию, а я закидываю руки ему на плечи. Кладу голову ему на плечо. В окно видно, как над Лондоном начинает садиться янтарное солнце. Я закрываю глаза и понимаю, что у меня не осталось и единой причины для беспокойства.

— Видишь? – спрашивает Ферди. – Не так уж плохо получается, правда?

Мы покачиваемся в такт несуществующей музыке.

— Ничего, не полный отстой. – Я улыбаюсь.

— Я люблю тебя.

В оконном стекле я вижу наше отражение. Мужчина и женщина. Я вдруг вижу – мельком, на долю секунды – намек на то, какими взрослыми мы можем стать.

— Я все равно тебя больше люблю, паршивец.

Но это будет еще не скоро.

— Яна, так почему ты захотела снять этот фильм?

…

— Яна?

— Я думаю.

— Окей.

— Потому что… я обрела свой голос.

— Что ты имеешь в виду?

— Понимаешь, эта индустрия… мир… где многие думают, что девушки должны выглядеть хорошо, что на них надо смотреть, а слушать их не нужно. Ну, взять, к примеру, того же Блоу. Он фотографировал девочек. Делал снимки. Снимки… но не фильмы. Мы – вещи, на которые приятно смотреть. Мы… визуальный ряд, чисто для декорации. Как украшения, которые покупаются и продаются. А это не просто модели… это девушки. Стоит нам о чем-то заговорить, нам тут же скажут, что мы трещотки, зануды или дурочки, говорим глупости, ошибаемся, обманываем, вредничаем, э-э-э… что мы истерички, агрессивные, стервы или слишком любим командовать. Но людям типа Блоу нужно, чтобы девушки молчали. Они так и берут над нами власть – не говори никому, а то хуже будет. Я вот сказала что-то – и смотри, что из этого вышло. Пожалуй, вот чего я хочу: чтобы другие девушки узнали, что и они тоже могут говорить.

— Конечно.

— Ну вот поэтому я и хочу снять этот фильм. Я не дам снова заткнуть мне рот. Никогда. Я могу заниматься своей работой, но при этом хочу иметь и высказывать свое мнение. Я не просто лицо или тело. У меня есть голос, и я намерена им воспользоваться. А вы меня будете слушать.