Книга Мясная лавка, страница 161 – Джуно Доусон

— Он знал, сколько мне лет. Я раньше солгала про свой возраст, но ему я не ‘отела лгать. Лукас знал мой настоящий возраст.

Клара.

— Я не знала, как назвать то, что он делал, – сексуальным насилием, непристойным обнажением или еще как-то… Я просто хотела как можно быстрее выйти из этого душа…

За ней остальные.

А потом я. Последняя, как я надеюсь, жертва Лукаса Блоу. Кажется, что к месту предоставления свидетельских показаний нужно пройти сотню миль, хотя до него всего каких-нибудь десять шагов. Я кладу одну руку на Библию, хоть и не верю в нее, а другую поднимаю вверх. Клянусь говорить правду.

Вот честно, мне никогда не нравилось, чтобы на меня смотрели. Но еще меньше мне нравится, когда меня слушают. Я снова на рождественском празднике в начальной школе, рассказчик номер три. Как странно, что сейчас я вдруг отчетливо вспоминаю свою роль: Пастухи пасли свое стадо, как вдруг увидели яркий свет в небесах. А тогда я замерла, застыла. Мисс Скипси пришлось меня подталкивать.

Но сейчас я не имею права остолбенеть.

Среди зрителей я вижу Ферди.

Говори.

— Мое агентство отправило меня на кастинг в Париже, съемки проводились в номере гостиницы…

Как и весь мир, я узнаю о вердикте из новостей. Не хотелось три недели зависать в Лос-Анджелесе, дожидаясь, пока они представят все доказательства по двум обвинениям в изнасиловании несовершеннолетних.

Я и Саба в Саут-Банке^[67], делаем снимки для ее «Инстаграма». Я как раз покупаю нам с лотка по хот-догу с кетчупом, горчицей и хрустящим луком, когда телефон начинает пищать. Оповещение от гугла.

— Приговор оглашен, – говорит Саба, бледнея.

— Давай поищем, где Сесть. – Мы находим пустую скамейку перед входом в Королевский фестивальный зал. – Ну вот. Теперь читай.

Она открывает свой мобильник и начинает читать новости BBC про себя.

— Саба! Ну серьезно!

— Ему дали четыре года. – Саба поднимает глаза. – Четыре года в окружной тюрьме. И «неуказанную сумму в возмещение морального ущерба» для всех жертв.

— Боже. – Я без сил валюсь в ее объятия. То облако чего-то ядовито-зеленого и токсичного уходит наконец из моего тела, как у той, из «Экзорциста». Саба крепко обнимает меня. – Мы это сделали. Мы же правда это сделали.

— Ты победила.

Вокруг меня кружится Лондон. У меня в голове ураган, и я понимаю, что не спасла мир. Но, возможно, я его изменила, хотя и совсем чуть-чуть. Уж очень многим мужчинам такое сходит с рук. Ну, а этому не сошло. Не в этот раз.

Сегодня завершился суд над модным фотографом Лукасом «Блоу» Бломфелдом. Судья округа Лос-Анджелес Глория Рубин приговорила Бломфелда к четырем годам тюремного заключения за изнасилование несовершеннолетних моделей Селин Маршанд и Райи Гутьеррес. Бломфелду также придется выплатить «некую сумму в возмещение морального ущерба» еще десяти жертвам, включая супермоделей Клару Киз и Яну Новак, которые сегодня заявили, что пожертвуют свои выплаты лондонскому приюту для женщин в кризисных ситуациях.

Выступая в зале окружного суда Стэнли Моска в центре Лос-Анджелеса, Рубин в своем заключении обратилась к Бломфелду: «У меня и этого суда не вызывает сомнений, что вы – серийный преступник, который использовал свое уникальное авторитетное положение и статус для преследования девушек-подростков. Этому поведению насильника не может быть оправдания. Хотя у меня связаны руки в отношении множества ваших давних преступлений, я тем не менее намерена назначить максимально суровое наказание по уголовным делам, возбужденным против вас. Надеюсь, что этот приговор послужит очень ясным предупреждением для других насильников, которые, так сказать, прячутся у всех на виду в индустрии моды и развлечений».