Книга Мясная лавка, страница 154 – Джуно Доусон

Раньше он же снимал обложку, и с ним было непросто, но дальше, подозреваю, дело может пойти и того хуже. Появляется Матильда из Vogue.

— У Гюнтера проблемы со светом в лабиринте. Мы будем готовы через минуту, Яна. Как тебе здесь, все в порядке?

— Конечно, – вру я, корсет больно врезается в ребра.

Я подзываю визажистку.

— Извини, можно я пока проверю свой телефон? – Я отдала его ей на хранение.

Она выуживает его из кармана, и я сразу же вижу сообщение от Ферди: «Всего одна съемка, и потом СВОБОДАААААААА! Люблю тебя».

Улыбаясь, я возвращаю телефон. Мое внимание привлекают женщина с маленькой девочкой, которые бочком-бочком подходят ближе. Парк открыт для публики, но лабиринт вскоре закроют на час для всех, кроме нас.

— Ой, привет, простите, – тараторит женщина. – Вы ведь Яна?

— Да, это я. – Я выбираюсь из гольфмобиля, пошатываясь на невозможно высоких платформах, в которые меня обули. В них мой рост, наверное, не меньше семи футов. Выгляжу, должно быть, кошмарно уродливо.

— Здрасьте! Моя дочурка хотела поздороваться и попросить ваш автограф, можно? – Пухлая мамаша подталкивает ко мне обмирающую девчушку лет девяти или десяти, с редкими зубами и в очках. Ее черты еще не окончательно проявились. (Про меня постоянно так говорили.)

— Конечно, – улыбаюсь я. – А как тебя зовут?

— Джорджина, – буркает она, протягивая мне симпатичный розовый блокнотик.

— Джорджина мечтает стать моделью, правда, Джорджина?

Бедная Джорджина становится ярко-розовой, как вареный окорок. Лично я подозреваю, что это мама мечтает, чтобы Джорджина стала моделью, но мне без разницы. Ну что, соврать или сказать правду?

— Конечно, ты же такая хорошенькая, – говорю я с улыбкой, и Джорджина вся сияет и глядит на меня.

Я не соврала, но и не сказала ей про модельный бизнес всего, что хотела бы сказать. Не все то золото…

— Яна! – зовет Матильда. – Гюнтер готов, зовет тебя.

Окруженные ассистентами, мы входим гуськом в лабиринт. Я подбираю юбки повыше, чтобы они не волочились по грязным дорожкам. Судя по всему, съемка начнется в центре лабиринта, потому что там больше места для размещения осветительных приборов. Стены лабиринта – идеально подстриженные живые изгороди из бирючины, и в узких проходах платье то и дело за них цепляется. Я здесь бывала раньше: Хэмптон-Корт находится всего в сорока пяти минутах от Клэпхэм-Джанкшен. Как-то папа привез нас с Милошем сюда, и мы часами гонялись друг за другом по этому лабиринту.

— Можем мы уже, наконец, начать? – раздраженно кричит Гюнтер. – Скорее, пока не вышло солнце и опять, сука, нам все не испортило.

Мы идем на его голос, стараясь не попадать в тупики. Выйдя наконец из лабиринта, обнаруживаем, что Гюнтер демонстративно вышагивает взад и вперед с камерой в руке. Какой-то засранец, если честно.

Визажист и стилист в последние секунды делают пару изменений, и мы приступаем.

— Ты – Алиса в Стране чудес, – говорит Гюнтер. – Иди ко мне по лабиринту.

— Хорошо! – Я отступаю на несколько метров и иду к нему.

Он делает пару кадров.

— Нужен более растерянный взгляд: ты заблудилась!

— Хорошо! – Я возвращаюсь к исходной точке и встревоженно открываю глаза пошире.

— Медленнее! – рявкает он. – Слишком быстро!

— Извините. Еще раз?

— Да. Пошла.

Грубиян. Я бреду обратно и цепляюсь платьем за живую изгородь.