Книга После измены дракона. Новая хозяйка Железного Армавира, страница 23 – Ангелина Сантос

Ни один не улыбнулся.

Я была для них не спасением.

Я была новостью из столицы.

А столице в Армавире не доверяли.

По правую сторону дороги тянулись дома. Низкие, каменные, с узкими окнами и тяжелыми дверями. Почти в каждом дворе стояли железные вещи: обручи, цепи, инструменты, обломки руды, черные от угля тачки. На веревках сушилась одежда. У одного дома старуха выгребала золу из печи и остановилась, когда мы проходили.

— Это она? — спросила она громко.

Никто ей не ответил.

— Та, что дракон выбросил?

Шаги стражников не сбились.

Миреада даже не повернула головы.

А я остановилась.

Тавриан, шедший позади и чуть справа, тоже остановился. Не сразу. Через один шаг. Достаточно близко, чтобы я почувствовала его присутствие за плечом.

Старуха смотрела прямо на меня. Лицо у нее было резкое, морщинистое, глаза — светлые и злые от долгой жизни без лишних надежд.

— Да, — сказала я.

Миреада резко повернулась.

Тавриан молчал.

Старуха прищурилась.

— И что, госпожа? Теперь нами править будешь?

— Попробую сначала понять, чем.

Несколько человек у соседних дверей переглянулись.

Старуха хмыкнула.

— Чем? Долгами, пустыми складами и чужими приказами. Добро пожаловать.

Она снова взялась за лопату и швырнула золу в железное ведро.

Я пошла дальше.

— Не стоило отвечать, — сказала Миреада тихо.

— Почему?

— Здесь любое слово запомнят.

— Тем более пусть запомнят правду.

Миреада бросила на меня короткий взгляд.

Не теплый. Но уже не такой пустой, как на причале.

Крепость поднималась над городом тяжело и прямо. Ее строили не для красоты. Стены были широкие, темные, местами заделанные более свежим камнем. Башни стояли низко, но мощно. На воротах не было золотых драконов, как в столице. Только знак Армавира: башня над волной и пламя под ней.

На этом знаке задержался мой взгляд.

Печать в шкатулке отозвалась слабым теплом.

Я не подала виду.

У ворот нас остановила внутренняя стража. Тавриан показал знак на своей перчатке, и решетка пошла вверх с тяжелым скрежетом.

Во дворе крепости пахло дымом, мокрой шерстью, железом и горячей похлебкой. Люди работали. Никто не делал вид, что ждет нового правителя. Возчики разгружали мешки с углем. Двое стражников чистили седла под навесом. У стены мальчишка лет двенадцати нес ведро воды и едва не пролил его, когда увидел меня.

— Смотреть под ноги, Лем, — бросила Миреада.

Мальчишка дернулся и побежал дальше.

Я отметила имя.

Лем.

В таких местах власть начиналась не с тронного зала. Она начиналась с тех, кто носил воду, открывал ворота, топил печи и знал, где в стенах сквозит.

— Королевские покои в западной башне? — спросила я.

Миреада остановилась у входа в главное здание.

— Закрыты.

— По какой причине?

— На ремонт.

Тавриан чуть повернул голову к ней.

Молчание получилось слишком заметным.

Я посмотрела на Миреаду.

— Попробуем еще раз. По какой причине?

Она выдержала мой взгляд.

— По распоряжению наместника Дорна. До подтверждения ваших полномочий.

— Значит, ремонт политический.

— В Армавире многое политическое, госпожа Ровеннар.

— Где меня разместят?

— В гостевом крыле.

— Оно отапливается?

— Частично.

— Горячая вода есть?

Миреада не сразу ответила.

— Будет.

— Хорошо.

Тавриан смотрел на меня так, будто ждал другого разговора.

Может быть, возмущения. Может быть, приказа вскрыть западную башню. Может быть, привычной для дворцовых женщин попытки начать власть с занавесей и подушек.