Книга Последняя дочь фараона, страница 36 – Ольга Карпович

Больше всего Ольгу пугало то, что дочь совершенно не боялась незнакомцев. Отчаянная девчонка, не глядя на родителей, топала своими маленькими ножками к любому, кто вызвал ее интерес. Ольгу и радовала эта отвага девочки, ни разу в жизни не сталкивавшейся со злом, и страшила, т. к. ясно было, что Мария в любой момент может стать мишенью ее собственных врагов. Именно поэтому к выбору телохранителя для дочери она отнеслась с особым вниманием. Отсмотрела и забраковала множество кандидатур и, в конце концов, согласилась на человека, которого привел Иван.

Ольга знала, что тот поддерживал связь с бывшими сослуживцами. Сам в свое время в молодом возрасте комиссованный из армии по ранению, он, кажется, всю жизнь жалел о том, что не смог продолжить службу, несмотря на то, что сумел и на гражданке устроить свою жизнь почти по законам военного времени. И вот теперь, зная о необходимости найти для девочки личного телохранителя, отвечающего высоким требованиям Ольги, вызвал из России своего старинного друга и однополчанина Михаила.

Суровый бритый наголо мужик со зверской физиономией, быть может, смутил бы любого другого нанимателя. Но Ольга, за двадцать лет не раз убеждавшаяся в преданности Ивана, тоже не отличавшегося располагающей внешностью, отнеслась к нему благосклонно. Опытный военный, подполковник в отставке, воевавший в горячих точках и прошедший огонь и воду, кто лучше него мог бы защитить ее ребенка?

Как ни удивительно, и Мария сразу признала его. Залезала к будто вырубленному из камня дядьке на колени, обнимала за шею и лопотала на своем выдуманном наречии, кажется, делясь с ним самым сокровенным. Михаил же следил за ней неотрывно и пресекал малейшую опасность. Даже сейчас, во время семейного отдыха на закрытом для посторонних пляже, он не спускал с девочки глаз, успевая одновременно оглядывать все подступы к ней. И даже если на горизонте появлялся парус яхты или силуэт катера, мгновенно напрягался и следил за судном, убеждаясь, что оно не намерено приближаться к берегу.

Мария же резвилась с отцом у воды. Мягкие солнечные лучи освещали стройную фигуру Николаса. Под золотисто-загорелой кожей перекатывались сухие поджарые мускулы, черные купальные шорты ловко обхватывали бедра. Он лежал прямо на песке, опираясь на локоть, и ветер поигрывал его выгоревшими достигавшими середины шеи волосами. Ольге иногда казалось, что она могла бы до конца жизни любоваться дочерью и ее отцом и не соскучиться.

Мария увлеченно строила что-то из влажного песка, а Николас помогал. Зачерпывал песок ладонью, заносил кулак над башней, и тот тонкой золотой струйкой сыпался вниз. Мария требовательно указывала на ведерко. И Николас безропотно поднимался, заходил по колено в море и зачерпывал ведерком воды. И Ольга отчего-то представлялось, какими они будут лет через пятнадцать. Маша вырастет красавицей, это уже сейчас очевидно. Она даст ей лучшее образование – Оксфорд, Кембридж, частные учителя, музыка, танцы, иностранные языки, математика, программирование – все, что девочка только пожелает. Ей никогда не придется перебиваться с хлеба на воду, жить подачками чужих людей и выцарапывать свое право на будущее. Она ни в чем не будет знать отказа, любую ее способность они будут развивать, находить для нее лучших преподавателей. Бабуля Казантакис, благодаря принадлежность к аристократическому роду сумевшая ввести свою семью в высшие круги, представит внучку Британской Королеве. Та будет расти среди детей из самых высокопоставленных семей. А, когда придет время, сможет, благодаря образованию, связям и, конечно, деньгам матери, построить блистательную карьеру. А Николас… Николас будет с гордостью смотреть на дочь, красавицу и умницу. Годы ничего не смогут сделать с ним, его природной красоты, жизнелюбия и отваги будет достаточно, чтобы одержать верх над временем. Стройный, гибкий и спортивный, как и сейчас, он будет выступать под руку с дочерью, облаченной в академическую мантию, на ее выпускном. Сам в белом костюме, с повязанным на шее платком, оттеняющим цвет его глаз.