Книга Искры осени, страница 26 – Л. В. Риверс

Майк заметил меня и ухмыльнулся, откинувшись назад и раскинув руки по спинке скамьи.

— Ну-ну. Смотрите, кто это с отрешенным взглядом. Беннетт, не говори, что тебя накрыло.

Я скользнул на свое место, подхватил стакан, не давая ему удовольствия услышать прямой ответ.

— Просто устал.

— Конечно, — протянул он. — Устал от чего? От ведер или от мыслей о кое-какой владелице книжного?

Сантос усмехнулся, приподняв брови.

— Книжный? Вот это уже интересно.

Коннор, благослови его неопытную душу, подался вперед, как будто слушал неожиданный поворот сюжета.

— Спокойно, — сказал я, сделав долгий глоток пива. — Это был просто кофе. И всё.

Майк шлепнул ладонью по столу, едва не расплескав напиток.

— Слышали? Кофе! Универсальный код для свидания, которое вроде как не свидание, но на самом деле именно оно.

— Не всё в жизни — охота, — проворчал я.

— Может, для тебя, — парировал Майк с широкой ухмылкой. — А я ценю свободу. Ни одна женщина меня не привязала и не привяжет. Думаешь, я променяю ночной покер и свой диван на ароматические свечи и воскресные бранчи? — Он покачал головой с преувеличенной серьёзностью. — Только не я.

— Может, ты просто боишься, — поддел его Сантос.

Майк выпятил грудь.

— Бояться? Ну уж нет. Я просто умный. А это не одно и то же.

Стол взорвался смехом, и даже я не удержался от улыбки. Майк любил свою репутацию и носил её как броню. Он встречался с бесчисленным множеством женщин, но ни одна не задержалась, и он этим гордился.

— А знаешь, что я думаю? — продолжал он, указывая на меня бутылкой. — Думаю, наш Беннетт наконец-то дал трещину. Понадобилось красивое лицо и пара книг, но я это вижу — этот парень пропал.

Я покачал головой, но почувствовал, как жар поднимается к шее.

— Ты всё выдумываешь.

— Да ну? — Майк наклонился ближе, довольный собой. — Или это потому, что впервые за много лет ты выглядишь как человек, который думает не только о работе и о дочке?

Слова задели сильнее, чем я ожидал, потому что были правдой.

Я не ответил, только снова пригубил пиво. Пена липла к краю стакана, горечь оседала на языке, но мысль о смехе Эмбер была слаще любого напитка, что наливали в «О'Малли».

Парни продолжали гудеть, их голоса перекрывали музыку и гул бара, но для меня шум отступил. Половиной себя я был уже где-то далеко — снова стоял в уютном книжном, где осенний свет ложился на её волосы.

И я понял: Майк прав. Хоть вслух я бы этого никогда не признал.

Я действительно чуть-чуть пропал.

Эмбер

Будни выдались тяжелыми. Дождь обрушивался на город без остановки, превращая улицы в реки и оставляя магазин в странной, тревожной тишине. Я сидела за прилавком, слушая, как скрипит крыша и стонут водостоки, глядя, как вода за окном размывает мир в бесцветное серое марево. Почти никто не осмеливался выходить из дома, и каждый час, когда касса оставалась пустой, ложился на грудь свинцовой тяжестью.

Но утро субботы наконец принесло солнце.

Оно прорезало облака золотыми лезвиями света, согревая булыжную мостовую и возвращая миру краски. По радио, пока я заваривала кофе, сказали, что в некоторых частях города сильные наводнения — подвалы и склады затоплены. Я тихо поблагодарила судьбу за то, что мой маленький мир устроился на холме. Если бы вода добралась до магазина, я потеряла бы куда больше, чем товар. Книги носят в себе души, а души не переживут водяной гибели.