Книга Мой развод. История болезни, страница 61 – Лера Корсика

— Долгая история, — я отвела глаза. Не могла смотреть на него. — Очень долгая.

Он смотрел. Я чувствовала этот взгляд — на своих щеках, на шее, на руках. Он словно жёг.

— Ладно, — сказал он тихо. — Бывай, соседка.

Он сказал «соседка». Не «вы». У меня внутри всё перевернулось.

Я вышла из машины. Ноги дрожали. Дверца захлопнулась. Внедорожник уехал.

А я стояла на тротуаре, смотрела вслед и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Я прижала ладонь к груди — пыталась успокоить этот бешеный ритм.

— Дура, — сказала я себе вполголоса. — Последняя дура. Краснела, смущалась, как девчонка. Он наверняка заметил.

Я поднялась в квартиру. Варя возилась на ковре с игрушками, мама сидела рядом, вязала.

— Ну что? — спросила мама, увидев меня.

— Варя идёт в сад, — сказала я. — Через три дня.

— Слава богу! — мама перекрестилась. — А как?

— Борисов помог, — я опустилась на табуретку, обхватила голову руками.

— Тот самый? Отец мальчика?

— Да, — глухо сказала я.

— И что, он ничего такой? — мама хитро прищурилась.

— Ничего, — я покачала головой, чувствуя, как снова краснеют щёки. — Он просто помог. И всё. Он сосед, оказывается. Живёт напротив.

— Напротив? — мама удивилась. — В той высотке?

— Да.

Я ушла в комнату, закрыла дверь. Села на кровать, обхватила колени.

Перед глазами его лицо. Его голос «бывай, соседка». Его взгляд долгий, изучающий, от которого у меня горели щёки.

— Прекрати, — сказала я себе. — Тебе готовиться к аккредитации, а не думать о каком-то мужике, который просто сделал доброе дело.

Я открыла ноутбук. Посмотрела на тесты. Сморщилась и закрыла.

Не сегодня.

Я легла на кровать, уставилась в потолок.

Сердце всё ещё стучало быстрее обычного.

— Дура, — прошептала я в последний раз. — Безнадёжная дура.

Завтра я снова сяду за учебники. Завтра я буду умной, собранной, сильной. А сегодня — сегодня я имею право быть слабой. Посмаковать тот момент, когда за меня заступился сильный, уверенный мужчина. Когда пообещал, пришел и сделал…

Помечтать… Хотя бы до утра.

Я сидела на кухне у мамы. Маленькой, тесной, пропахшей выпечкой и мятным чаем. За окном темнело, на плите томилась гречка — мамина классика на все случаи жизни.

Она колдовала у плиты, стройная, опрятная, в чистом фартуке, с вечной прической «каре», которая не менялась с девяностых. На вид ей нельзя было дать её шестьдесят два — скорее пятьдесят пять, но нервы последних дней сделали своё дело. Она выглядела усталой.

Три дня, которые дала заведующая, превратились в пытку. Я жила на чемоданах — не буквально, конечно, но внутренне. Каждое утро просыпалась с мыслью: сегодня позвонят? сегодня скажут «да»? сегодня Варя наконец пойдет в сад?

Не звонили. И этой нервозностью я заражала не только себя, но и всех вокруг.

Я пыталась отвлечься, занималась учебой, зубрила тесты, перечитывала конспекты. Лена звонила каждый вечер — узнавала, как дела, задавала вопросы, подбадривала. Но в голове всё равно стучало: садик, место, Борисов, его взгляд, его «бывай, соседка».

Муж тоже не отставал. Дима звонил каждый день — по несколько раз. То требовал, чтобы я вернула ключи от квартиры. То умолял, чтобы вернулась. То угрожал, что подаст на развод, если я не перестану «прятаться у мамочки». То вдруг начинал ныть — соскучился, хочет видеть Варю, дай шанс. Я сбрасывала вызовы. Иногда сразу, иногда послушав несколько секунд его голос.