Книга Мой развод. История болезни, страница 56 – Лера Корсика

Я злилась. Кипела от бешенства. Но сил воевать с ним не было. Совсем. Каждый вечер я проваливалась в учебники, зубрила дозировки, протоколы, схемы лечения. К полуночи глаза закрывались, голова раскалывалась. Я падала на кровать и спала без снов до утра.

«Завтра, — говорила я себе. — Завтра позвоню адвокату. Завтра начну решать вопрос с квартирой. Завтра...»

Но завтра наступало, и я снова садилась за учебники, потому что аккредитация была важнее. Без неё я никто. Без неё я не могу работать. Без работы я не могу содержать Варю. Без всего этого — не могу выиграть суд, если Дима решит отобрать дочь.

Сначала нужно восстановиться. Встать на ноги. А потом бить. Бить наверняка, чтобы он не поднялся.

Лена понимала. Не давила. Только спрашивала:

— Как учёба?

— Нормально.

— А садик? Звонили?

Я вздыхала.

— Нет. Тишина. Никто не звонит, никому дела нет. Надо идти самой права качать, а когда? Мама подрабатывает, не всегда с Варей посидеть может.

И это бесило больше всего. Я оставила заявку, договорилась с тем несносным Борисовым, с заведующей, ждала, что они выйдут на связь — скажут, когда можно вести Варю. Но дни шли и тишина.

Я каждый день собиралась туда пойти, разобраться, потребовать ответ. Но к вечеру так уставала, что переносила на завтра. А завтра повторялось.

— Не тяни, — советовала Лена. — Сама знаешь, места не резиновые. Пока ты думаешь, кто-то другой может занять.

— Знаю, — отвечала я. — Там и так на птичьих правах…

Но реальность была жестокой: я не успевала. Учёба съедала всё время. Я просыпалась, делала необходимый минимум, пока Варя не проснулась. Потом завтрак, потом прогулка, потом обед, потом сон Вари. А я вместо отдыха и за учебники.

К четырём она просыпалась, и до вечера я была с ней игры, купание, сказки. Укладываю и снова учебники, до полуночи.

На садик не оставалось сил. А Варя за это время привыкла быть со мной. Она уже не плакала, когда я отходила к ноутбуку. Сидела рядом, рисовала, перебирала игрушки. Иногда спрашивала:

— Мама, а папа придёт?

Я отвечала, стараясь улыбнуться:

— Не знаю, зайка. Может быть.

Я смотрела на неё и думала о том, что так дальше продолжаться не может. Садик нужен. Место нужно. Чем дольше я тяну, тем больше шансов, что Борисов передумает или заведующая найдёт другого кандидата.

Я решила: завтра иду. Что бы ни было. Даже если придётся тащить Варю на себе, уставшую, сонную, капризную — я иду. Потому что от этого зависит слишком многое.

В тот вечер я поздно легла. Учебники, тесты, конспекты. В голове смешались протоколы, дозировки, схемы лечения. Я заснула с мыслью: завтра. Завтра я всё решу.

А утром раздался телефонный звонок.

Утро началось с того, что зазвонил телефон. Номер детского сада. Я взяла трубку с надеждой — наконец-то скажут, когда можно вести Варю. Внутри всё трепетало, как перед экзаменом. Я даже улыбнулась — сейчас всё решится, сейчас мы начнём новую жизнь.

— Полина Андреевна? — голос Алины Викторовны был сладким, как патока. Слишком сладким. До приторности. У меня сжалось что-то в груди.

— Слушаю, — сказала я, стараясь говорить ровно.

— Я вынуждена вам сообщить, — заведующая сделала театральную паузу, и в этой паузе я услышала злорадство, — что вам отказано. Мы не можем предоставить место.