Книга Папа быстрого реагирования, страница 44 – Ника Оболенская, Мария Птахова

— Я тоже хочу свою порцию, — тихо рокочет он, незаметно стискивая под шубкой мою ягодицу.

— Только обнимашек? — мурлычу и провожу рукой по его ежику волос на затылке, млея от щекотки.

Второй царапаю пряжку ремня и будто невзначай задеваю выпирающий бугор на штанах.

Оказывается, мне нравится дразнить и провоцировать Тимура ничуть не меньше, чем заниматься с ним сексом.

В ответ он шумно выдыхает мне в шею и жамкает мою булку.

— Провокаторша…

Стоит порадоваться, что от пары любопытных глаз нас скрывает огромный багажник джипа.

— Я соскучился.

Жмурюсь, как объевшаяся сливок кошка, и признаюсь:

— Я тоже.

— В баню пойдешь со мной?

— А что, там и баня будет? — не удерживаюсь от шпильки. — Я думала — только заснеженный лес и голодные волки. Иначе зачем нам столько шашлыка.

— Насчет волков ты прям в точку…

Тимур с рыком щелкает зубами.

— Сожрал бы тебя, но с Федором конкурировать сложно.

— Твой друг настолько суров? — удивленно вскидываю брови, не совсем понимая, при чем тут таинственный Федор.

— Сама увидишь.

Степанида

В стае Беркутов так тепло и по-семейному уютно, что легко почувствовать себя своей.

Из динамиков льется задорная детская песенка, Оливия болтает ногами, подпевая и корча мне рожицы. Даже Лера повеселела и задорно смеется, перестав наконец грустно смотреть на мелькающий за окном пейзаж.

Тимур расслабленно ведет машину. Лишь пару раз, когда нас подрезают особо борзые водятлы, сжимает руль сильнее обычного.

— Нормально всё? — спрашивает, убавляя музыку.

— Непривычно так, — смущенно поправляю ворот водолазки и киваю на свое кресло. — Отвыкла ездить на пассажирском… постоянно ищу педаль.

— Так и хочется то газку поддать, то тормоз выжать? — Тимур бросает на меня лучистый взгляд, будто гладит по шерстке.

— Мгм. А с тобой даже нога ни разу не дернулась.

— Я польщен.

Он картинно прижимает руку к груди, а из меня вырывается смешок.

Из Ромы водитель был так себе — вечно торопился и сквернословил, — и пусть мы до недавнего времени были парой, я предпочитала тишину своего автомобиля его токсичному соседству.

— Госьподи, ну дайте увже кто-нибудь шоковадку! — со страданием в голосе произносит Оливия.

— А до обеда твоя шоколадка не потерпит? — Тимур ловит взгляд дочери в зеркало заднего вида.

Она отрицательно машет головой.

— До него еще так до-о-овго! — Складывает ладошки вместе. — Ну, пожавуста, папочка! Один куфочек!

Улыбаюсь и смотрю на Тимура. Он закатывает глаза.

— Вьет из папки веревки, — тихо сообщает мне и кивает на бардачок. — Достань там, пожалуйста.

Оливия радостно визжит.

— Но только один кусочек! — грозит ей Тимур. — Лер, проследи.

Девчонки потрошат упаковку шоколадки.

— Один куфочек мне, один тебе… — Оливия следит, как сестра делит плитку. — Один Степе и один папе!

— Спасибо, — забираю нашу долю. — М-м-м.

Молочный шоколад тает во рту.

— Хочешь кусочек дофамина? — предлагаю Тимуру и тяну дольку к его губам.

— Мгм.

Он подмигивает, успевая прикусить мой палец, и я хихикаю как девчонка. Глупая и, кажется, влюбленная по уши.

Эх, Степа, Степа. Из огня да в полымя, да? А ты не торопишься?

Раздраженно шикаю на своих тараканов — совсем страх потеряли.

Испытывать к человеку симпатию абсолютно нормально! Тем более, если этот человек — краснокнижный вид из семейства Настоящих мужиков.