Книга Цена любви и мести 2, страница 178 – Анастасия Разумовская

— Я знаю. Но мне так плохо! Вы не представляете, как мне плохо! Однажды мне приснилось, что я тону в чёрной трясине. Очень отчётливо. И рот заполняется жидкой грязью. И ноздри. Я бьюсь, но не могу вырваться. Вот и сейчас — то же самое. Мне очень холодно. Как будто я уже умерла, как будто я неупокоенная. Так холодно!

— Герцог…

— Не говорите о нём. Не сейчас. Я его боюсь.

— Он вас любит.

— Д-да. Только от этой любви ещё холоднее и страшнее. И жить вовсе не хочется.

Её плечи вздрагивали, и Баэрд понял, что девушка плачет. Осторожно погладил её по голове. Он не знал, что ему делать: сердце стискивало сострадание. Хотелось защитить эту юную женщину, заслонить собой от всех неприятностей. Вот только как? И он просто стоял и обнимал её, покачиваясь в такт качанию вагона.

Наконец, Ирис отодвинулась, отвернулась и вытерла слёзы.

— Спасибо. Вы мне очень помогли. Мне это было очень нужно. А сейчас давайте спать. Нам ехать ещё два дня. И… Баэрд, пожалуйста, не сообщайте герцогу о том, что я снова обрела ноги. Мне хочется сделать ему сюрприз. Обещаете?

Она взглянула на него покрасневшими от слёз глазами, и Баэрд, который понимал, что не должен был соглашаться на её просьбу, невольно ответил:

— Обещаю.

Он долго курил в тамбуре, пытаясь понять, что произошло и что делать дальше. Смотрел, как меркнет тьма, как поднимается белесый туман. «Я не должен в это вмешиваться, — думал Баэрд, — это не моё дело», но ощущение от объятий этой несчастной девочки, плачущей у него на груди, не проходило. И на душе стало мерзко и тошно.

Поздним вечером поезд поравнялся с Варговым озером. Ирис, уже отдохнувшая, но какая-то похудевшая, потемневшая и печальная, подошла к Баэрду:

— Я могу погулять по перрону?

И его снова укололо неприятное чувство, как будто он везёт не жену мужу, а осуждённую на каторгу. Позади принцессы маячила Эстэль. Дочь Восточного герцога загадочно улыбалась и насмешливо наблюдала за вице-адмиралом, как если бы ясно видела, что творится у того на душе.

На присутствии незадавшейся невестки настояла сама Ирис, утверждавшая, что без женского сопровождения ей дискомфортно, и что невеста, потерявшая жениха, тоже нуждается в путешествии.

— Да, разумеется, Ваше Высочество.

Он знал, что герцог был бы против прогулки по перрону. Понимал: в такое неспокойное, военное время было бы лучше не высовываться, но… Как отказать грустным голубым глазам? И потом, это всего лишь Варгово озеро, довольно далеко от линии фронта, отброшенной герцогом на север от границы.

На станции поезд стоял не больше четверти часа, и потом Ирис покорно поднялась по ступенькам. Конвой прошёл вперёд, а девушка замерла, глядя в распахнутую дверь. Баэрд не решился её окликнуть.

— Господин вице-адмирал! — позвала его Эстэль.

Он оглянулся. Девушка сдула с лица волнистую прядку. Взмахнула ресничками.

— Можно вам на минуточку? — прочирикала. — Мне нужно вам сказать кое-что, но потихоньку.

Она увлекла его в коридор вагона, приподнялась на цыпочки и шепнула:

— Её Высочество очень расстроена. Понимаете, она волнуется перед встречей с мужем… Ну вы же понимаете, да? Не маленький? Ей хочется подарить ему что-нибудь, а что она не знает… Вам кажется это шутки, но на самом деле это очень серьёзно. Что можно подарить Его Светлости, как думаете? Ну не запонки же!