Книга Цена любви и мести 2, страница 159 – Анастасия Разумовская

Вот это было уже вовсе не хорошо. Жалость — это слабость, а слабость всегда приводит к смерти. Ширан стиснул зубы и шагнул было к двери, чтобы всё-таки исполнить свою прихоть, когда та открылась и появился Баэрд, немного заспанный. Отдал честь.

— Что воздухолёт? — сухо уточнил герцог.

— Вчера двигатель привезли. Госпожа эль Диар всю ночь провела в ангаре и не вернулась до сих пор…

— Ясно. Распорядись, чтобы подали экипаж. Едем в ангар. Что с королём?

Баэрд не стал пожимать плечами — он был военным.

— Играет. Здоров. Вчера начал читать «Приключения Вайтинагри в Коралловом лесу».

Ширан прищурился:

— Начал читать? Ему Эстель читает?

— Сам.

— А играет с кем? — вкрадчиво уточнил герцог.

Сам. Дайн.

— С госпожой Эстель или с Её Светлостью Бесситией.

— Так.

Ширан чуть ли не скрипнул зубами. Баэрд был верным человеком, профессионалом, на которого можно было положиться, но в некоторых вещах раздражал своей тупостью.

— Давно к нему приходит Бессития?

Вице-адмирал задумался.

— Дня три… Точно. Четыре дня.

— После чего?

Баэрд добродушно усмехнулся:

— Ничего серьёзного. Они вдвоём искали сокровища. Его Величество сбежал из комнаты. Тайный агент, конечно, выследил и проследовал за ними, но это оказалось всего лишь детская игра.

Всего лишь. Детская.

— Нашли? — холодно уточнил Ширан.

— Удивительно, но — да. Сундучок с монетами и украшениями.

— Где?

— В парке Большого королевского…

Герцог выругался. Баэрд замер, изумлённо уставился на господина.

— Бесситию не пускать, — резко приказал Ширан. — И никого от неё. Я составлю список, кого может видеть Дайн.

— А если Его Величество спросит…

— Сдохла. Заболела. Уехала. Придумай. Это неважно. Дайн не должен общаться с людьми других герцогов. Тем более, их женщинами.

Баэрд вытянулся:

— Так точно!

Ширан кивнул и вышел. Пора заканчивать с этой идиотской войной. Он обещал Ирис не причинять её брату зла. Сама по себе совершенно идиотская уступка, значительно осложнившая это предприятие. Было совершенно непонятно, что с Эйвом делать дальше. План, предложенный само́й Ирис, рабочим не был. Отречение от престола, монашество — всё это не было однозначным решением вопроса. Но падение из башни напугало Ширана всерьёз. Он знал: если человек хочет умереть, рано или поздно он всё равно умрёт. Так что Эйв должен был жить хотя бы ради того, чтобы девочка не совершала подобных глупостей.

Ну, по крайней мере, до появления их ребёнка. Ведь матери зачастую живут ради детей, разве нет? Так утверждала Аарха. Сам Ширан не был в этом уверен, но… вдруг колдунья всё же права?

Он обещал не убивать старшего принца, хотя это разом закончило бы войну, и следующие пункты плана значительно приблизились бы. Но не обещал не убивать Ксирату. А если не станет невесты Эйва, то… Принц потеряет поддержку барсов. Одна из телеграмм, полученных герцогом утром, как раз была от Шаши, следующей после Ксираты принцессы ирбсисов, и после её ответа задача, стоявшая перед Шираном, значительно упростилась.

С другой стороны, прямо сейчас завершать войну смысла не имело — уж очень это был удобный повод для того, чтобы склонить герцогов на одно маленькое судьбоносное решение.

Ширан сел в экипаж, вытянул длинные ноги, уперев их в противоположный бортик, откинулся спиной на сиденье и прикрыл глаза.