Книга За секунду до любви, страница 145 – Вирсавия Вайс

Остановившись у больших двустворчатых дверей, зажмурилась, выдыхая со свистом воздух. Сквозь стиснутые зубы и толкнула створки. Обе. Подыхать, так королевой. Я вошла, остановившись на пороге. Он не обернулся. Только спина напряглась ещё сильнее, пальцы бегали по клавишам. Не замирая ни на миг.

— Папа, — произнесла я, и мой голос прозвучал чужим и слишком тихим в этом просторном помещении.

Музыка оборвалась. Он медленно, с театральным спокойствием повернулся. Его взгляд — холодный, выверенный, как шахматный ход — скользнул по мне с головы до ног, отмечая всё, каждую деталь: потрёпанные джоггеры, мятая футболка, собранные в хвост, пыльный рюкзак, баул. Увидел всё, что хотел увидеть.

— Ну что, — его голос был тихим и оттого еще более опасным. — Ты решила снизойти до визита?

— Паап… — бестолку, но чем чёрт не шутит.

— Мне вот очень интересно, что же всё-таки случилось? С чего такой кувырок в воздухе? — его цепкий взгляд опять скользнул по мне, изучая, задерживаясь на мелких деталях.

— Я знала, что ты меня найдёшь. — выпалила я, бросая сумку и проходя через зал, усаживаясь в кресло, сцепляя руки в замок.

Дурь полезла сразу. Мне нужно было торговаться. Выгрызая плюхи зубами.

— Ммм… — отец пожал губы и облокотился руками о поднятую крышку рояля. — Глупый ход, согласен. Честно говоря, мои люди уже вышли на тебя. И увидели много чего интересного. Мерзость. Моя дочь и два кобеля. Ты стала шлюхой. Такой же… — он резко замолчал.

— Такой же как… кто? — вскинула я голову, глядя ему прямо в глаза, удерживаясь на самом краю зияющей передо мной бездны.

— Надеюсь, ты не позволила никому залезть себе в трусы. — брезгливо скривив губы, бросил он.

Я стиснула зубы, чувствуя, как по спине бегут знакомые мурашки стыда и бессилия. Он всегда умел бить точно в больное.

— Я... — начала я, но он резким жестом прервал меня.

— Молчи. И что ты доказала? А главное, кому? Себе? Что можешь мыть полы в забегаловке и раздвигать ноги? Поздравляю. Ты добилась своего. Я это понял.

Я вскинула голову.

— Но знаешь, что я понял ещё, идиотка. Без меня ты никто! Нищая, грязная официантка, которую уже, скорее всего, попользовали все, кому не лень. Надеюсь, что хоть в подоле не принесла. Хорошо, что Арс всё понимает и оказался не так щепетилен в этих вопросах. Но это дело чести. И поэтому… Поэтому все наши договорённости останутся в силе. Ты выйдешь за него замуж!

Отец убрал руки с клавиш и с грохотом закрыл крышку рояля. Его полный ненависти взгляд прожигал меня насквозь. Тонкие губы были сжаты, под кожей ходили желваки. Весь его вид говорил о том, что я не смогу изменить его решение. Не смогу! Он и позволил мне вернуться домой только при условии, что я выйду замуж за сына его партнёра по бизнесу Арсения Сидорчука, которого я не просто не переносила на дух, я бы даже с ним срать на один гектар бы не села! Я до сих пор помню его слюнявые губы и руки, пытающиеся залезть мне под юбку, когда на очередном деловом ужине он зажал меня в женском сортире ресторана. И только мои крики, на которые сбежался персонал, да точный удар коленом промеж ног, от которого этот придурок, пускающий слюни, сложился пополам, помогли мне вырваться из его лап.

— Я не хочу! — сквозь зубы прошипела я, понимая, что эта попытка обречена на провал.