Книга Инкуб на сессию, страница 45 – Аника Ледес

Риэль моргнул. Потом еще раз. А потом, совершенно неожиданно для меня, он взял себя в руки.

— Да, — сказал он твердо. — У меня есть методика. Я составляю индивидуальный план на каждую неделю, учитывая текущую загруженность студента и его слабые места. Мы работаем по блокам: теория, практика, повторение. Раз в три дня я провожу тестирование, чтобы оценить прогресс и скорректировать программу. Вот, — он протянул маме папку. — Расписание Леи на эту неделю. И отчет о выполненных задачах.

Я смотрела на него, открыв рот. Он действительно вел расписание? И отчет? И все это записывал?

Мама взяла папку и начала изучать документы. Ее лицо оставалось бесстрастным, но я заметила, как чуть приподнялась ее бровь, когда она дошла до графика повторения материала.

— Вы систематичны, — сказала она, возвращая папку.

— Я стараюсь, — скромно сказал Риэль.

— И у вас разборчивый почерк.

— Спасибо. Я работал в архиве, там это требование.

— В архиве, — повторила мама. — Значит, вы умеете работать с документацией.

— Да. Это моя специализация.

Мама посмотрела на него долгим, изучающим взглядом. Потом перевела взгляд на меня.

— Лея, — сказала она. — Твой репетитор производит впечатление организованного человека.

— Спасибо, мама, — осторожно сказала я.

— Я не хвалю, — сухо сказала мама. — Я констатирую факт.

Она прошла в комнату и села на диван. Риэль заметался, не зная, предложить ли ей чай или лучше замереть статуей. Я решила проблему за него.

— Мам, будешь кофе?

— Буду. Черный, без сахара.

Я ушла на кухню, оставив Риэля один на один с Иветт Матье. За спиной я слышала натянутое молчание, прерываемое нервным покашливанием Риэля. Я молилась, чтобы его хвост оставался невидимым, а рожки не полезли наружу от стресса.

Кофе был готов через пять минут. Когда я вернулась в комнату, мама и Риэль сидели друг напротив друга с видом людей, которые только что обсудили погоду и теперь не знают, о чем говорить дальше.

— Ваша дочь, — вдруг сказал Риэль, — очень талантлива.

Мама подняла бровь.

— У нее хорошее чувство цвета и пространства, — продолжил он. — И нестандартное мышление. Это ценные качества для дизайнера. Ей не хватает только системности и дисциплины. Но это можно развить.

— Вы считаете? — спросила мама.

— Я знаю, — сказал Риэль. — Уже есть прогресс. Еще немного — и она сможет работать наравне с однокурсниками. А через год — превзойти их.

Я замерла с чашкой в руках. Он говорил это серьезно. Без лести, без попытки произвести впечатление. Он действительно так думал.

Мама посмотрела на меня. В ее взгляде было что-то новое — не привычное разочарование, а… неуверенность? Сомнение в своем сомнении?

— Лея, — сказала она. — Твой репетитор умеет говорить комплименты.

— Это не комплимент, — возразил Риэль. — Это объективная оценка.

Мама допила кофе и поставила чашку на стол.

— Мне пора, — сказала она, вставая. — У меня поезд через час. Я просто хотела убедиться, что у тебя все в порядке.

— У меня все в порядке, мам.

— Я вижу, — сказала она. — У тебя появился… организованный помощник.

Она посмотрела на Риэля.

— Не позволяйте ей саботировать процесс, — сказала она. — Она умеет.

— Я знаю, — серьезно ответил Риэль. — Я не позволю.

Мама кивнула и направилась к выходу.

Она ушла так же внезапно, как появилась. Дверь закрылась, и в квартире повисла тишина.