Книга Инкуб на сессию, страница 41 – Аника Ледес

Риэль моргнул. Его хвост, который только-только начал расслабляться, снова напрягся и обвился вокруг его лодыжки.

— Я… я не знаю этих богов, — сказал он растерянно. — Но если они выглядят как он, то, наверное, это комплимент.

— Это комплимент, — вздохнула я. — Это очень большой комплимент. Ладно, пошли.

Он замолчал.

Мы поднялись на эскалаторе, вышли на улицу, дошли до дома. Все это время мы молчали. Я злилась — на Матиса за то, что он появился и снова все запутал, на Риэля за то, что он стоял истуканом, на себя — за то, что вообще обращаю на это внимание.

Дома было чисто. Риэль действительно успел убраться — полы блестели, посуда сиротливо стояла в сушилке, пылевые комки исчезли бесследно. Только две дыры в стене, прикрытые стикером с котиком, напоминали о долге зашпаклевать их.

— Я сделаю кофе, — сказал Риэль и ушел на кухню.

Я рухнула на диван и закрыла глаза. В голове крутилось: «Он заинтересован в вас». Ну спасибо, Риэль. Очень помог.

Кофе был готов через три минуты. Риэль поставил чашку на столик рядом с диваном и сел на свой обычный стул — на самый край, с прямой спиной, готовый в любой момент извиниться и исчезнуть.

— Ты не виноват, — сказала я, не открывая глаз.

— Я испортил ваш вечер в лофте. Если бы я не…

— Если бы ты не вырубился от нехватки энергии, я бы танцевала с Матисом, а он бы думал, что я классная и свободная, а не… — я запнулась. — А не то, что он сейчас думает... Что я ненормальная, наверно, раз меня теперь постоянно сопровождает психотерапевт?

— Он думает, что вы загадочная, — тихо сказал Риэль. — И что у вас есть личная жизнь, в которую он пока не вхож. Это создает интригу.

Я открыла глаза и посмотрела на него.

— Ты сейчас серьезно?

— Я читал учебник по психологии межличностных отношений, — кивнул он. — В рамках повышения квалификации. Там был раздел про аттракцию и роль недоступности.

Я уставилась на него. Он сидел с абсолютно серьезным лицом и, кажется, действительно верил в то, что говорил.

— Риэль, — сказала я. — Ты невыносим.

— Я знаю, — виновато сказал он. — Простите.

— Перестань извиняться.

— Простите.

— Риэль!

Он замолчал и уставился в пол. Я вздохнула и взяла кофе. Кофе был идеальным — крепкий, горячий, с легкой пенкой. Он научился делать его правильно с третьей попытки. Прогресс.

— Ладно, — протянула я. — Давай про учебу. У меня есть неделя, чтобы придумать концепцию итогового проекта. Что будем делать?

— Во-первых, — оживился Риэль, — нужно выбрать тему. У вас есть предпочтения?

— Не знаю. Что-нибудь, что не забракуют в деканате.

— Это слишком широкая формулировка. Давайте сузим.

Мы просидели за обсуждением два часа. Я перебирала варианты: кафе, библиотека, коворкинг, выставочное пространство. Риэль записывал, задавал уточняющие вопросы, иногда делал пометки на полях. К концу второго часа у меня начала болеть голова, но впервые за долгое время я чувствовала, что двигаюсь не в тупик, а вперед.

— Хорошо, — сказал Риэль, откладывая ручку. — На сегодня достаточно. Вам нужно отдохнуть.

— Мне нужно сделать эскизы, — возразила я.

— Эскизы подождут до завтра. Сейчас вы устали и начнете ошибаться.

Я хотела поспорить, но поняла, что он прав. Глаза слипались, голова гудела, и даже кофе перестал помогать.

— Ладно, — сдалась я. — Завтра так завтра.