Книга Инкуб на сессию, страница 24 – Аника Ледес

Он поймал мой взгляд, вежливо кивнул — даже не мне, а скорее в пространство — и отпустил дверь. Стекло медленно закрылось, отрезая нас от музыки, от света, от вечеринки, от Матиса.

Я хотела отстраниться. Правда хотела. Сказать что-то вроде «ну всё, хватит, пошли». Но Риэль всё ещё стоял, прижавшись ко мне, и я чувствовала, как его дыхание выравнивается, как уходит дрожь, как пальцы на моей спине перестают судорожно сжиматься. Ему стало лучше. Из-за меня.

Я не отстранилась.

Секунда. Две. Пять. Я просто стояла и смотрела на закрытую стеклянную дверь, за которой гремела музыка и осталась моя «нормальная» жизнь. А здесь, на холодном балконе, ко мне прижимался инкуб и грелся.

— Пойдем домой, — сказала я тихо. Уже не зло, а устало.

Риэль поднял на меня глаза. Он не видел Матиса. Но, кажется, что-то понял по моему лицу.

— Ты злишься? — спросил он шепотом.

— Нет, — сказала я честно. — Уже нет. Пошли.

Я не оборачивалась, когда мы уходили. Не хотела видеть, танцует ли Матис с кем-то еще, смотрит ли нам вслед, думает ли вообще обо мне.

По дороге домой мы молчали. Риэль шел рядом, бесшумный и виноватый. А я злилась уже на себя. В конце концов, это я позвала его на вечеринку, пусть и случайно. Это я подписала контракт. Это я теперь отвечала за то, чтобы у инкуба не садилась батарейка.

Дома я первым делом включила чайник. Риэль прошел к столу, достал из папки какие-то распечатки и аккуратно разложил их перед собой.

— Я не хочу сейчас учиться, — предупредила я, заваривая чай. — Сейчас мне точно не до этого.

— Я не буду заставлять вас учиться, — сказал он. — Я просто хочу систематизировать информацию, которую собрал. Чтобы завтра мы могли начать.

Я фыркнула, но спорить не стала. Чай был горячим и мятным, квартира — тихой и привычной. Риэль сидел за столом, склонившись над бумагами, и что-то чертил. Хвост его мирно лежал на полу, только кончик иногда подергивался, когда он задумывался.

Я смотрела на него и пыталась понять, что я чувствую. Не ненависть, это точно. И не ту симпатию, которую можно было бы назвать романтической... Хотя нет, врать себе я не буду: он был красив. По-своему, не как Матис с его идеальной улыбкой, а как-то иначе — тихо, незаметно, будто эту красоту надо было разглядеть. Но я же не собиралась разглядывать, правда? У меня Матис был, почти. А это просто странный парень с хвостом, который появился из ниоткуда и теперь сидит на моей кухне.

Скорее я испытывала любопытство. И еще — странное чувство, что этот нелепый, неуклюжий инкуб — единственное, что сейчас может вытащить мою жизнь из задницы.

— Риэль, — позвала я. — Насчет Альтаира. История искусств.

Он поднял голову.

— Он у нас будет через две недели... Ты реально думаешь, что я смогу у него сдать?

Он посмотрел на меня серьезно, без тени сомнения.

— Да. Сможете.

И в этот момент — наверное, потому что я расслабилась, а он увлекся разговором — его рожки материализовались.

Два изящных, темно-серых, чуть переливающихся завитка, начинающихся у висков и уходящих назад, в волосы. Они были небольшие, почти декоративные. И очень, очень острые на вид.

Я замерла с чашкой у рта.

— Риэль, — сказала я тихо. — У тебя…

Он моргнул, не понимая. Потом его глаза расширились, он вскинул руки к голове и нащупал рожки.