Книга Инкуб на сессию, страница 138 – Аника Ледес

— Это «Петля времени», — сказал папа. — Можно кататься вечность и каждый раз будет новый маршрут.

— Хочу! — заявила я.

— Лея, — осторожно начал Риэль, — ты уверена? Там очень страшно.

— Тем лучше, — я показала ему браслет.

Мы залезли в вагончик. Родители сели сзади — мама вцепилась в папину руку, папа довольно улыбался.

— Держитесь крепче! — крикнул нам голос из ниоткуда. — И не забывайте дышать!

Вагончик дёрнулся и... поехал задом наперёд.

— Что за... — начала я, но договорить не успела.

Мы провалились в темноту. Потом взлетели вверх. Потом перевернулись три раза. Потом поехали сквозь звёзды. Потом сквозь воду. Потом сквозь что-то, похожее на сон.

Я визжала. Мама визжала. Папа хохотал как безумный. А Риэль, сидящий рядом со мной, просто зажмурился и вцепился в поручни так, что костяшки побелели.

Когда вагончик наконец остановился, я вывалилась наружу на ватных ногах.

— Это было... — выдохнула я.

— Страшно? — спросил Риэль, бледный, но живой.

— Волшебно! — заорала я. — Ещё!

— Лея, — простонал он, — я сейчас умру.

— Не умрёшь, — отмахнулась я. — Ты инкуб. У вас регенерация.

— Какая ещё регенерация...

— Пошли на следующую!

Следующей была карусель. Но не простая, а «Летающие тарелки». Мы уселись в тарелки — каждая парила сама по себе — и начали кружиться под музыку, которая звучала прямо в голове.

— Это что, телепатия? — крикнула я маме, которая парила рядом.

— Да! — крикнула она в ответ. — Музыка подстраивается под твоё настроение! У меня сейчас джаз!

— А у меня рок! — заорал папа, пролетая мимо вверх ногами.

У Риэля, судя по его лицу, играл траурный марш. Я подлетела к нему и схватила за руку.

— Расслабься!

— Не могу! Я боюсь высоты!

— Ты инкуб! У тебя хвост! Ты можешь за что-нибудь зацепиться!

— За что?! Здесь ничего нет!

Я огляделась. Действительно — пустота. Только мы и музыка.

— Тогда просто кайфуй! — крикнула я и чмокнула его в щёку.

Потом была комната страха, где монстры выпрыгивали из стен и пугали до икоты. Потом комната смеха, где пол был кривым, стены — мягкими, а потолок периодически падал вниз, но в последний момент зависал в сантиметре от головы. Потом комната невесомости, где мы плавали в воздухе как в воде, и папа устроил соревнование «кто дальше доплывёт до бублика».

— Я выиграл! — заорал он, когда доплыл до цели первым.

— Ты жульничал! — возмутилась мама. — У тебя крылья!

— Никаких крыльев! — он спрятал за спину два перепончатых отростка, которые я раньше не замечала.

— Ладно, — махнула рукой мама. — Пошли на горки времени.

— Опять горки? — простонал Риэль.

— Эти другие, — пообещал папа. — Там можно в прошлое заехать.

— В прошлое?

— Ага. Видишь своё прошлое и понимаешь, где свернул не туда. Очень терапевтично.

Мы залезли в вагончик. Поехали. И вдруг...

Я увидела себя. Маленькую, лет пяти, с огромным синим бантом, которую мама учит рисовать.

— Лея, — говорит мама, — не бойся испортить лист. Просто рисуй.

— А вдруг не получится?

— Получится. Я рядом.

Я моргнула, и картинка сменилась. Я — подросток, ссорюсь с мамой из-за оценок.

— Ты ничего не добьёшься, если будешь так относиться к учёбе! — кричит мама.

— А ты ничего не понимаешь! — ору я в ответ и хлопаю дверью.

Ещё миг — и я сижу в лофте Артуро, пьяная, в слезах, и кричу в пустой переулок: «Я готова на сделку с дьяволом!»