Книга Инкуб на сессию, страница 137 – Аника Ледес

— Лея! — воскликнула она, и её голос звучал как перезвон колокольчиков. — Наконец-то! Мы так ждали!

Она обняла меня. От неё пахло цветами и чем-то сладким, но не приторным — скорее свежим, как утренний сад после дождя.

— Мама, — сказал Риэль, — дай ей войти.

— Ой, конечно! — она отстранилась и затащила нас внутрь. — Проходите, проходите! Мы вам столько всего приготовили!

В гостиной нас ждал ещё один сюрприз.

Мужчина — отец Риэля — сидел на диване с каким-то странным пультом в руках. Напротив него в воздухе парил прозрачный экран, на котором отображалась трёхмерная карта звёздного неба.

Он был высок, широкоплеч, и с той же тёмной глубиной в глазах. На нём была простая рубашка, закатанные рукава обнажали руки, исписанные какими-то узорами — не татуировками, а чем-то другим, что слабо светилось в полумраке. Выглядел он... ну, как герой боевика, который случайно решил заняться астрономией.

— Лея! — сказал он, и его голос обволакивал, как тёплое одеяло. — Рад познакомиться! А мы тут как раз собирались в парк аттракционов. Там сегодня ночное открытие — новые горки запускают. Магические, с петлями времени.

Я смотрела на них. Потом на Риэля. Потом снова на них.

— Вы... родители? — переспросила я.

— Да, — улыбнулась мама. — А что?

— Вы выглядите... — я замялась, подбирая слова. — Ну... вы не выглядите как родители.

Они переглянулись.

— Это комплимент? — спросил папа, почесывая подбородок.

— Не знаю, — честно сказала я. — Вы выглядите очень молодо и... хорошо.

Мама рассмеялась — звонко, заливисто.

— Милая, — сказала она, — нам по семьсот с лишним лет. Мы уже давно не молоды.

— Семьсот? — переспросила я, глядя на её идеальную кожу и сияющие глаза.

Альтаир, кстати, выглядел гораздо старше, хотя был их ровесником.

— Ну да, — кивнул папа, поправляя ворот рубашки. — А что?

— Ничего, — я покачала головой. — Просто Альтаир ваш ровесник, а выглядит... ну, солиднее.

— Альтаир? — мама скривилась. — Этот старый зануда? Он принципиально не пользуется омолаживающими чарами. Говорит, что «возраст должен быть виден». Представляешь?

— Он хочет выглядеть авторитетно, — добавил папа. — А мы... — он обнял маму за плечи, — мы хотим нравиться друг другу. И себе.

— И у вас отлично получается, — искренне сказала я.

— Спасибо, дорогая, — улыбнулась мама. — Ты нам тоже нравишься. Ладно, хватит стоять в дверях. Милый, собирайся! Мы идём в парк!

— Ура! — воскликнул папа, вскакивая с дивана так резко, что экран с картой звёзд испуганно свернулся и спрятался в потолке.

Через полчаса мы вчетвером стояли у входа в магический парк аттракционов. Назывался он «Сфера Чудес» и выглядел соответственно — огромный купол из светящегося стекла, внутри которого кружились, летали и кувыркались тысячи огней.

— Ничего себе, — выдохнула я.

— Это только вход, — усмехнулся Риэль. — Подожди, пока увидишь горки.

Билеты покупали в автомате, который сначала просканировал наши эмоции, потом выдал разноцветные браслеты.

— Что это? — спросила я, разглядывая свой — синий, с пульсирующими огоньками.

— Индивидуальный накопитель, — объяснила мама. — Фиксирует твои эмоции во время катания. Потом можно обменять на сувениры. Чем ярче эмоции, тем круче приз.

Мы вошли внутрь.

Первое, что бросилось в глаза — американские горки, которые не имели ни начала, ни конца. Они просто висели в воздухе бесконечной петлёй, и вагончики с визжащими пассажирами проносились мимо каждые несколько секунд.