Книга Беглая целительница для дракона, страница 79 – Виктория Серебрянская

Я чувствовала себя как в стеклянной клетке: опасность видела, но не могла от нее избавиться, не разбив все вдребезги.

Сумерки спустились на Кьельберг внезапно. Видимо, виной тому была разгулявшаяся непогода. Небо, и без того серое, налилось свинцовой тяжестью, а ветер, стихший было к полудню, завыл с новой, голодной силой. Несмотря на то, что я позаботилась ликвидировать все щели в помещении лазарета, в домике стало зябко. Отругав себя за то, что, желая выглядеть получше, с утра вырядилась в блузку и юбку, я закуталась в жилет Стефана, продолжавший мне служить верой и правдой, и велела подбросить в камин дров. Больным с обморожениями вредно было снова перемерзать.

Обед я тоже пропустила, перекусив тем, что принесла мне в лазарет верная Тильда. На душе было как-то особенно мерзко, а потому я проглотила густую похлебку лишь по причине пристального взгляда Тильды, провожавшей глазами каждое мое движение. А на душе было действительно гадко. Чтобы отвлечься, хоть чем-то занять себя, я решила, что после осмотра больных, переберу наши запасы и заготовлю впрок корпию и кровоостанавливающие мази. Но судьба опять все решила по-своему.

Темнеть из-за метели начало рано. Я как раз заканчивала обход, когда тишину крепости вспорол резкий, надрывный звук сигнального рога. Один раз. Второй. Третий. Сердце пропустило удар и забилось где-то в горле. С улицы послышался топот сапог, выкрики команд. Солдаты, еще минуту назад мирно дремавшие, возбужденно вскакивали с коек.

— Не вставать! — прикрикнула на них я, хотя голос мой сорвался. — Тильда, готовь дополнительные койки! Доставай свечи!

А сама подбежала к окну. Там, за стенами, в сгущающейся мгле и снежной круговерти, что-то двигалось. И это не были привычные уже тени нежити — на этот раз тьма казалась плотнее, агрессивнее. А где-то там Райкер…

Я почувствовала, как страх Илены, мучивший меня весь день, внезапно нашел выход, сменившись холодной яростью Елены. Интриги Армана были опасны, но нежить — это враг, которого можно и нужно бить. И если сейчас начнется бой, я буду делать то, что умею лучше всего.

Именно в этот миг как по заказу дверь лазарета распахнулась. На пороге стоял Хорн, тяжело дыша, его доспехи успели покрыться инеем:

— Леди Илена! Готовьтесь. В этот раз их много. Очень много. И... кажется, среди них есть нечто похуже обычных мертвяков.

Я кивнула, сжимая в руке свой хирургический футляр:

— Мы всегда готовы, капитан. Несите их сюда.

С этой минуты страх перед интригами де Вера словно растворился, затаившись где-то на самом донышке души. Я опять обошла всех своих «больных». Следовало максимально очистить помещение для принятия раненых, выписав тех, кто уже мог переселиться в казармы. Одновременно через плечо позвала:

— Тильда! Зови помощниц, разжигайте огонь и кипятите воду! Ночь, похоже, будет долгой.

Ночь перестала быть просто временем суток. Она превратилась в живое, пульсирующее чудовище, которое ломилось в ворота крепости. Я старалась не поворачивать головы в сторону окон, за которыми то и дело сверкали вспышки боевых заклинаний, освещая пространство разноцветными сполохами. Лазарет наполнился звуками подготовки: звоном тазов, плеском воды и суетливым шепотом помощниц. Марта тоже пришла: бледная, с поджатыми губами, она работала молча, стараясь не встречаться со мной взглядом. Но я чувствовала ее спиной. Она была здесь, как мина замедленного действия.