Книга Дважды попаданка, или нити судьбы, страница 17 – Хелен Гуда, Агния Сказка

Я не могла пошевелиться. Казалось, она читает мои мысли, как крупные, простые буквы в детской книге.

— Кто вы? — выдохнула я.

Старуха усмехнулась, и сеть морщин вокруг её рта углубилась.

— Зовут меня Агата. Живу в городе, у восточной стены. Шью, травы собираю, немощным помогаю. А кто я на самом деле? Та же, что и ты, дитя. Заблудившаяся в собственном клубке.

Она помолчала, а потом её взгляд упал мне на грудь, туда, где поверх ткани платья висел амулет.

— Старая вещь, — произнесла она неожиданно мягко. — Очень старая. Чувствую тепло от неё отсюда. Не каждый почувствует. Ты знаешь, что носишь?

Я непроизвольно сжала медальон в кулаке.

— Это… амулет прабабушки. Просто серебро.

— Нет, — Агата покачала головой. — Не просто. В нём есть… тишина. Такая тишина, что заглушает даже эхо прошлого. Или будущего. Решай сама. — Она наклонилась ко мне, и её шёпот стал едва слышным шелестом. — Он не меняет судьбу, дитя. Он не делает тебя другой. Он… даёт паузу. Мгновение между вдохом и выдохом. Между тем, что было, и тем, что будет. В этой паузе — всё. Вся твоя свобода. Вся твоя сила. Ты можешь услышать шёпот инстинкта той, кем была. И тихий голос разума той, кем пытаешься стать. И выбрать. Всего одно мгновение. Но из таких мгновений и ткётся новая нить судьбы.

Я смотрела на неё, не в силах вымолвить ни слова. Её речь была не бредом старухи, а ключом, подобранным к замку внутри меня.

— Почему вы мне это говорите? — прошептала я.

— Потому что вижу клубок вокруг тебя, — Агата откинулась на спинку скамьи, и её глаза снова стали просто старыми и усталыми. — И вижу, как одна ниточка — яркая, жадная, жестокая — уже почти переплелась и задушила все остальные. Но есть другая. Слабая ещё, едва заметная. Чистая. Она исходит отсюда. — Она ткнула костлявым пальцем в сторону моего амулета. — В твоих силах дать ей силу. Или оборвать. В паузе. Всегда — в паузе.

Она тяжело поднялась, опираясь на палку.

— Меня здесь не должно быть, — пробормотала она больше для себя. — Сады для знатных. Но старые ноги иногда несут, куда не нужно. Береги свою паузу, дитя. И не бойся тишины внутри. Это не пустота. Это пространство для выбора.

И она заковыляла прочь по гравийной дорожке, медленно растворяясь в зеленой гуще лабиринта, будто её и не было.

Я сидела, окаменев, а пальцы всё ещё сжимали тёплый металл амулета. «Пауза». Просто пауза. Не переписывание, не бегство. Мгновение осознания. Мгновение выбора между эхом прошлого и шагом в будущее. Вдруг я поняла. Я не должна была стараться «не быть» прежней Арианой. Та Ариана была частью меня, её опыт, её ярость, её страсть — всё это были инструменты. Ужасные, опасные, но инструменты. Я должна была не отрицать их, а научиться выбирать — когда слушать их шепот, а когда накладывать на них ту самую «тишину» амулета.

Я встала, выпрямив плечи. Вода в фонтане продолжала свой бесконечный цикл. Но теперь я смотрела на неё иначе. Я не пыталась остановить круги. Я училась смотреть на воду между ними. На ту самую паузу, где ещё нет нового всплеска, но уже ушла рябь от старого.

Где-то во дворце решали мою судьбу. Но моя настоящая судьба, оказывается, зависела не от слов короля, а от простой серебряной безделушке на моей шее и в тишине, которую я только что научилась в себе находить. Стратегия оставалась. Но теперь у неё появилось сердце. Или, вернее, точка покоя в самом центре бури.