Книга Фальшивая невеста, или Как укротить мажора, страница 29 – Рина Вергина

— Магистр Сайрус, стойте! Не уходите!

Я подбежала и прижалась к прутьям кованых ворот. Магистр приблизился, окинув меня недовольным взглядом.

— Госпожа Сэйтон, я ничего не понимаю. Вы отказываетесь учиться?

— Нет! Что вы! Но обстоятельства несколько изменились. Супруг уехал, а его семья считает, что мне обучение ни к чему, — я грустно усмехнулась.

— Тогда я ничем не могу помочь. Не предлагаете же вы расположится на траве возле ворот?

— Но и отказаться вы не можете! Магистр, вы получили оплату за свои услуги?

— Что вы хотите? Я со своей стороны готов выполнить все обязательства. Я не отказываюсь обучать вас.

Интересно, сколько стоило мое обучение? Наверняка кругленькую сумму. Не думаю, что магистр захочет с ней расстаться. Нельзя ли ее повернуть на другое?

— Я вижу лишь один выход. Продайте мне эликсир знаний, магистр.

— Как ты, крошка? — кухарка насыпала мне в миску рассыпчатой каши. Быстро достала с полки банку с вареньем и щедро налила малиновое озерцо в самую середину.

— Врагу не сдается наш гордый «Варяг», — улыбнулась я, — унывать точно не буду. Спасибо, Шу.

— Правильно. Впадать в уныние — это последнее дело. А в обиду мы тебя не дадим, — согласно закивала головой сидящая рядом со мной Ана.

Мая кинула на меня сочувствующий взгляд. Ей от Элеонор доставалось больше, чем другим горничным, и она была настроена не так оптимистично.

— Леди Элеонора меня вчера больно за руку ущипнула за то, что я слишком потянула за волосы, когда расчесывала их гребнем. Вот смотрите, даже синяк остался, — Мая продемонстрировала запястье с расплывшимся синим пятном, — и на прошлой неделе за волосы таскала, когда я замешкалась и подала не то платье.

— Экономка Гизелл совсем житья не дает, чуть что, лишает жалованья за малейшую провинность. Придирается ко всему и сразу бежит докладывать хозяйке. А та только и рада сэкономить на монетке или хлебе. Запрут в сарае на ночь без ужина, утром боишься и глаза поднять, не то, что лишнее слово вымолвить, — припомнила все обиды Ана и тяжело вздохнула.

— Зачем вы все это терпите? Разве нельзя наняться на работу в другое место?

— Эх, крошка, — потрепала меня по макушке кухарка, — до города далековато, а в соседнем особняке и без нас работников хватает. Жаловаться некому, вот и терпим господские придирки. Мы-то уж притерпелись, а вот тебя жалко. Нехорошо господский сынок поступил, несправедливо. Наобещал с три короба и ищи теперь ветра в поле. А тебе его семья спокойно жить точно не даст.

— Потерплю. Идти мне пока некуда… ни денег, ни одежды нормальной. Да и здоровье мое не очень.

«То лапы ноют, то хвост отваливается» — мысленно добавила про себя.

Все горестно вздохнули и уткнулись в свои тарелки. Что тут скажешь.

После ужина я вернулась в свою коморку. Набрала в тазик воды и кое-как обтерла тряпочкой тело. Сполоснула лицо. С сожалением вспомнила о вместительной ванне и кристаллах с функцией подогрева воды, что остались у мажорчика в покоях. Если я срочно не выберусь из этого захолустья, то увязну в нем, как в трясине.

Хотелось перед сном разглядеть книгу, что я припрятала в сундуке с вещами, да разобрать местную письменность. Казалось, что еще чуть-чуть и я вникну в смысл слов.

— Гаси лампу и спать, — шикнула на меня Виргилия, — и так никогда утром на работу не добудишься.