Книга Жаркий фермер. Битва за хозяйство, страница 36 – Елизавета Домина

— Я сегодня к Леониду схожу по вашему вопросу договорюсь. А после с Ильёй на ферму поеду. Это не обсуждается. Предупредила, чтобы ты в курсе был.

— Наводчица, даже не думай, что я тебя своей спиной прикрывать буду. Нет у меня желания опять в тазу от соли задницу отмачивать. ― Анатолий улыбнулся. ― Может, ты и права. Для всех хорошей не будешь.

— Спасибо, что ты меня услышал. ― Людмила прижалась к плечу Толика. ― Не хочу я жить на поводу других. Поеду в город, проведаю тётю. Что вам на обед приготовить?

— Суп щавелевый умеешь?

— Будет исполнено!

* * *

Тётя Тоня ожидала Людмилу на лавочке в сквере. Массажи ли и капельницы благотворно повлияли на здоровье родственницы или любовь окрыляла, сказать сложно, когда не видела раньше человека влюблённым. Тётя помолодела лет на десять с последней встречи. Люся вручила ей пакет с гостинцами и поведала радостные новости о крольчихе и начале стройки.

— Молодец, племяшка! Горжусь тобой, ― обняла она Людмилу. ― Ты мне лучше расскажи, что за история с ночным рандеву и петухом?

— Ой…― Люся от стыда почувствовала, как алеют её щеки.

— Что ой? Не думала, что мне так быстро сорока на хвосте принесёт?

— У вас в деревне сороки эти стаями летают. ― Люся по порядку выложила тёте всё, как есть.

— Совсем ты не изменилась, была шебутной девчонкой, такой и осталась. ― В глазах женщины заблестели искорки озорства.

— Я думала, вы огорчитесь от рассказов о моих похождениях.

— Это они ещё не в курсе, что я замуж собираюсь. ― Родственница хитро улыбнулась.

— Замуж? Тётя Тоня, так быстро? Вы же Ивана Федоровича мало знаете.

— Люсенька, это в восемнадцать лет до свадьбы год гуляют, присматриваются. В нашем возрасте главное, чтобы хорошо с человеком было и анамнез его знать.

— Я за вас рада, очень-очень. Это что же вы, из деревни собираетесь уехать?

— Нет, Иван Фёдорович ко мне переедет. Вместе-то оно всяко проще с хозяйством справляться.

— Тётя Тоня, а что мне делать?

— Жить в своё удовольствие и не слушать чужих советов. Детей на ноги поставила, мне помогаешь, а о своём счастье, когда думать будешь? ― Женщина внимательно посмотрела на Людмилу. ― Он тебе нравится?

— По-моему, да.

— Тю, тогда и нечего думать. Пробуй, а там видно будет. Чай, не девочка уже.

Люся была обескуражена реакцией тёти. Кто-то хотел ей насолить и настроить родственницу против неё, а получилось ‒ наоборот.

— Спасибо вам! Я переживала, что вы огорчитесь, если до вас сплетни дойдут.

— Глупенькая, если любовь пришла к тебе, цени. Не надо прятаться, а уж тем более, позволять кому-то забрать её у тебя. Это, девочка моя, не куклами своими в детстве поиграться другим давать, это твоя жизнь. И ты куклой в их руках не становись.

— Тётя Тоня, если не секрет, кто вам рассказал?

— Ох, а вот это забудь. Если я тебе сейчас скажу, ты вместо того, чтобы с мужчиной отношения строить, ловить начнёшь по деревне сплетниц. Как думаешь, ему понравится, что ты воевать надумала? Будь уверена в себе, даже если где-то оступилась. Не им судить. Я тебе если начну тайны раскрывать, кто чьих детей воспитывает, как своих, у нас с тобой часа не хватит. А тебе домой пора.

— Детей? ― Глаза Люси округлились.

— А как ты думала? Они тебя за то, что ты такая нерадивая, гоняют? Или потому, что сами мечтают оказаться в постели фермера?