Онлайн книга «Вдыхая тень зверя»
|
Сверху посыпались камешки и комья земли. Руднев обернулся. От железнодорожного полотна, неловко припадая на калечную ногу, спускался Савушкин. В голове Дмитрия Николаевича забилась, заметалась, словно пойманная в силок птица, отчаянная безумная мысль: «А может, все хорошо? Вот сейчас Савушкин скажет, что Белецкий жив и здоров! Ну, пусть не здоров! Пусть ранен! Пусть даже серьезно ранен! Белецкий сильный! Он выкарабкается!..» Савелий Галактионович подошел и посмотрел так, что Руднев все понял. — Нашли? — спросил он, с трудом узнавая свой голос за гулом навязчивых колоколов. Савушкин только кивнул. Дмитрий Николаевич вскочил. — Я должен увидеть! — Нет! — Савелий Галактионович преградил Рудневу дорогу и пихнул в плечо, принуждая сесть. — Нет!.. Он бы не позволил!.. Он бы не хотел, чтобы вы видели его таким… В душе Дмитрия Николаевича поднялась жгучая удушливая волна гнева. Он был готов ударить Савушкина, но волна тут же отхлынула, оставив после себя пустоту и бессилие. Савелий Галактионович вынул что-то из кармана и протянул Рудневу. Это был золотой брегет с погнутой крышкой. Руднев принял часы так бережно, будто это было живое существо. Повозившись с замочком, он смог открыть и прочел: «Храни вас Бог! Мария». На этот раз Бог не уберег… Дмитрий Николаевич наконец понял это… Он держал в руке разбитые часы, стрелки которых замерли под расколотым стеклом в тот самый миг, когда перестало биться сильное и благородное сердце его друга. — Спасибо, Савелий Галактионович, — поблагодарил он Савушкина, сам точно не зная, за что: за переданные часы, за то, что удержал, или за то, что разделял немую скорбь по Белецкому. Савушкин опять молча кивнул, а потом как-то странно взглянул исподлобья. — Что еще? — спросил Руднев. — Мы нашли только одно тело, — ответил Савелий Галактионович. — Не понимаю, как это могло произойти, но невидимка исчез. Из-за происшествия движение по мосту оказалось перекрытым до глубокого вечера. Хотя мощности взрыва не хватило, чтобы повредить паровоз, вагон пострадал сильно, а кроме того, оказались погнутыми несколько пролетных конструкций, так что им требовался инженерный осмотр на предмет надежности. Человеческих жертв, кроме погибшего Белецкого, к счастью, удалось избежать. Пострадавших тоже было немного. В ближайшем к месту взрыва купе пассажиры получили различные травмы, но все нелетальные, еще несколько человек ушиблись из-за резкого торможения. В числе пострадавших также значился Руднев, у которого прибывший на место катастрофы доктор диагностировал контузию и рекомендовал отправить его вместе с остальными ранеными в больницу, но Дмитрий Николаевич наотрез отказался. Наконец поезд отогнали обратно на вокзал в Тверь, где отцепили поврежденный вагон. В начале десятого остальной состав был готов продолжить свой путь в Петроград, и тут Дмитрий Николаевич заявил, что возвращается в Москву. Савушкин встретил это решение с молчаливым пониманием и объявил, что в таком случае дальше тоже не поедет, так как лично отвечает за Руднева и одного его не отпустит. Отступничество сыщиков потрясло Платона Мартынова до глубины души. — Как же так, Дмитрий Николаевич?! Вы должны ехать! Просто обязаны! — кипятился канцелярист. — Я должен похоронить Белецкого, — глухо ответил Руднев, давая понять, что разговор окончен. |