Онлайн книга «Лягушачий король»
|
Я перестала понимать, что происходит. От чего она меня убережет? Поднявшись, Люся подошла к окну, замерла возле него, положив руки на подоконник, словно на клавиши фортепиано. Голова наклонена; казалось, она прислушивается к музыке, слышной только ей. — Своим поступком ты лишила меня возможности выбора, – печально сказала она. – Люди, которые не платят за добро, ничем не отличаются от тех, кто платит за него злом. — О чем ты?.. Она вернулась за стол. Укоризненно покачала головой, словно упрекая меня… за что? — Мне придется, – пробормотала Люся, обращаясь, кажется, не ко мне, а к самой себе. – А я ведь обещала молчать. Ах, боже мой, это все так неприятно… — Да о чем ты? — Это было вскоре после смерти Гали, – тихо проговорила она. – Витя еще не совсем оправился. Ты помнишь, Ульяна в эти дни нарушила традицию собирать нас к общему столу?.. Я машинально кивнула. Да, мы все обедали и ужинали, когда захотим. Но продолжалось это недолго: с выздоровлением свекра все вернулось на круги своя. — Мне захотелось есть, – сказала Люся, будто извиняясь. – И, говоря откровенно, я надеялась не попадаться на глаза Ульяне. Да, разумеется. В отсутствие племянника Люся не желала лишний раз сердить хозяйку. — Я пришла на кухню, стараясь ступать как можно тише. Мне лишь хотелось убедиться, там ли она… И в зависимости от этого вернуться к себе или утащить из холодильника кусочек сыра, маленькая ты мышка. — Ульяна, к моему огорчению, оказалась на кухне, – продолжала Люся. – С ней был Илья. — Илья? При чем здесь… Она требовательно протянула ко мне маленькую ручку, и слова застыли у меня на губах. — Не перебивай, иначе мне не хватит духу! А я должна, должна! – Мне показалось, она вот-вот заплачет. – Илья спросил: «Мама, зачем ты это сделала?» Он прислонился к дверному косяку, я слышала каждое слово, потому что сама стояла на расстоянии двух шагов от него, за стенкой… «Мама, зачем ты это сделала», – горестно повторила Люся. – Мне нужно было уйти, но я не могла, ты понимаешь, Таня? Не по причине пустого любопытства! Но он был так напряжен, бедный мальчик… Я поняла, что то, о чем он спрашивает, касается не дома, не детей… что это жизненно важный вопрос… Наступила тишина, Ульяна долго не отвечала. А затем сказала: «Не лезь не в свое дело! Она заслужила». Снова помолчала, и вдруг – такой хитрый смешок, а следом: «Ты ведь меня не выдашь?» Люся опустила голову. Я рассматривала ее тоненькую серебрящуюся косу, и в голове у меня не было ни единой мысли. — Что ответил Илья? – спросила я наконец и не узнала собственный голос. Мне показалось, Люся сделала над собой усилие, чтобы произнести это. — «Мы же семья, мама». Я перевела взгляд за окно. Окно – это стекло. Остекление. Остекление – это процесс установки оконной конструкции для более комфортной организации жизненного пространства. Я сижу за окном. Значит, мне должно быть комфортно в моем жизненном пространстве. Правда же? Мне должно быть комфортно? — Таня! Таня! – Встревоженный голос Люси вырвал меня из моего комфортного состояния. – Возьми! Выпей, девочка моя… Она совала мне под нос стакан с водой. — Зачем? Я не хочу. — Пей, боже мой! Ты белая, как простыня! Не хватало еще обмороков… Где-то должен быть нашатырь… Я безучастно наблюдала за ее суетливыми поисками. Люся перерыла весь комод, перешла к ящикам стола, однако нашатыря не было. |