Онлайн книга «Перо бумажной птицы»
|
Сберегла! Половина кирпича – это подарок небес. Она в два раза удобнее. Так что в определенном смысле половина была больше целого. Некоторое время Даша упоенно осмысливала этот парадокс, а затем пришла в себя. Затолкала кирпич обратно, пыль разметала ладонью и уползла на свой матрас. И очень вовремя: через десять минут явился Калита с ужином. — Здоров, беглянка! – Даша вздрогнула. – Сегодня праздник у тебя! Танцуй! Из поддона расточали аромат креветки в рисе. Но как Даша ни была голодна, она не набросилась на еду. Встала, изящно повела бедрами. В памяти всплыло откуда-то: «пленная черкешенка». Вскинула руки над головой – спина заныла – и, улыбнувшись изумленному Максу, провела средними пальцами сверху вниз: через виски, через плечи, по груди, по бедрам – и снова развела руки в стороны (черт, как же ноют мышцы). — Лай-лай-ла-ла-ла! – напела Даша, продолжая призывно улыбаться. Рис с креветками, собака такая, пах одуряюще и сбивал ее с настроя. Но главное, чтобы Макс не сбился. — Ого! – Макс тоже вскинул руки и пощелкал пальцами. – Это что за айнэнэ? По какому поводу? — Надоело мне, Максимушка, тут сидеть! – нараспев сказала Даша. – Ску-у-у-чно! Веселья хочется! Устроишь мне веселье? Она шагнула с матраса на пол, не переставая двигаться, как учили в школе танцев, и сделала несколько па перед Максимом. Надо отдать ему должное: бдительности он не потерял. Подался назад, с ухмылкой глядя на нее. — Ну брось! – протянула Даша. – Не нападу же я на тебя, честное слово! Ты меня двумя пальцами придушишь, если захочешь. Просто достало меня тут сидеть, правда… Хоть погулять меня выведи, ну пожалуйста! Иначе волком буду выть! С этими словами она мягко прижалась к нему и в самом деле тихонько провыла: «У-у-у-у!» Но все с улыбочкой, не всерьез… Пальчики пробежали по его бедрам. Даша положила ладони на талию Максу, подтолкнула влево-вправо: давай, танцуй со мной. С талии ее руки снова переместились чуть ниже, затем она откровенно ухватила его за задницу и засмеялась. — Танцуем или нет? Калита взял ее за запястья, отстранил от себя. — В другой раз, ага? Ешь, пока не остыло. И вышел. Даша сползла на матрас, вытерла пот со лба. Кажется, Макс ее не раскусил. Всерьез решил, что она к нему пристает. Все, что ей нужно было, – это обшмонать его карманы. В полном смысле, конечно, не получилось, но хватило и того, что она сделала. В задних карманах его спортивных штанов нет никаких ключей. В боковом прощупывались телефон и пачка сигарет. Странно: Макс ведь не курит… Значит, ключей от камеры Ники он с собой не носит. Черт, как плохо! Но может быть, Нику тоже запирают на обычный засов, как и ее саму? Это упростило бы дело… «Пусть так и будет», – решила Даша. Скрестила ноги по-турецки, подняла с пола свой лоток с рисом и поужинала – впервые с аппетитом за все эти дни. Утром все пошло наперекосяк. Виноват был рис. Даша просидела на стульчаке пятнадцать минут, проклиная свою жадность, но ничего не вышло. А не надо было вечером набрасываться на жратву, знала же, что рис крепит! Хватило бы и одних креветок – чай, не отощала бы. Пришел Макс, принес завтрак и вынес ведро. На нее глянул подозрительно. Но Даша сидела притихшая, сонная, то и дело зевала, и он расслабился. — Что, не тянет больше танцевать? – Он подмигнул и вышел. |