Книга Если вы меня слышите. Книга 1, страница 120 – Елена Михалкова

— Людей бесить – это хорошо и правильно, я сам такое люблю… – Макар широко ухмыльнулся, и Саня не удержался от смеха. – Но все-таки меру надо знать. Когда Беленький понял, что остался в дураках, чуть не порезал меня. Шипел, слюной брызгал. Тут я Артуру все выложил. Он пригрозил Ване, что еще один такой финт – и выставят его.

— Ого!

— А ты как думал! У него все строго. Если на то пошло, Беленький пытался скрысить часть хабара. Не важно, что крестику цена – копейка. Все равно обязан все в общий котел, а там уж можно было бы попросить Артура отдать ему при дележке… Ну не суть. Когда я рассказал, какую шутку с ним сыграл, Ваню аж перекосило. А остальные гогочут! И понеслась душа в рай: Серега Беленького приложил парой слов, Химик тоже добавил… А я, понимаешь, герой вечера. – Макар приосанился и выпятил грудь колесом. – Всех развлек и сижу красивый. Ваня проглотил наши подколки, даже вроде как покаялся. Признал перед всеми, что был не прав. Соврал, что его мать носила такой крестик, вот он и ухватился… Только это все была лажа. Беленький просто лепил первое, что в голову пришло, чтобы всех растрогать. В конце концов как-то замяли тему. Это было… дай сообразить… в середине декабря. Значит, половина декабря, плюс январь, – Макар принялся загибать пальцы, – плюс февраль – два с половиной месяца. И еще кусок марта.

— Что это ты подсчитываешь?

— Сколько времени Беленький ждал, пока сможет отыграться. Затаился, тихушник. Вел себя как всегда, а сам… В общем, что тут рассусоливать. Он дождался, пока Артур отъедет в больничку – Дед раз в год ложился подлечиться, – и сдал меня Кабану.

Саня безмолвно уставился на него.

— Ночью кольнул меня чем-то, скрутил – и вытащил к чужой машине, как мешок с навозом, пока остальные спали. Я отъехал не сразу, хорошо это помню. Но двинуться не мог. Даже мычать не мог.

— Подожди! А откуда он с Кабаном-то знаком?!

Илюшин покачал головой:

— Не знаю. Сколько ни крутил, так и не догадался, как они друг друга нашли. А главное – выходит, Беленький в курсе всего, что здесь творится, понимаешь? Он меня вытащил, а возле машины в темноте Кабан стоит в полушубке. Вокруг метель метет. А он чисто Дед Мороз, в накладной бороде. Я даже не испугался, все было как во сне. Он заднюю дверцу открыл, и Ваня меня туда закинул – прямо как буханку в печь. Заметил, что я на него смотрю, и говорит: «Зря ты кассе ноги сделал, ой зря! Ну, бон вояж!» А я ни слова не могу выдавить. Даже пальцем не шевельнуть, как будто заморозили меня. Про кассу – это он, значит, деньги увел у Артура, а свалил на меня. Я потом много об этом думал, благо времени было – вагон. Беленький скинул где-то мои вещи – может, попросил Кабана увезти и в мусорку бросить по дороге. Изобразил мои следы на снегу до калитки. Наши утром проснулись, а меня нету, и касса пропала. Что они решили, по-твоему? Что я обокрал их и свалил, какие еще варианты. Если вдруг случится такое чудо и мы отсюда выберемся, что я Артуру скажу?

— С ума сошел?! Расскажешь ему все, как мне!

Макар поцокал языком.

— У нас так не делается. На слово никому не верят. Какие у меня доказательства? Может, я кассу прогулял и решил прибиться к теплому углу?

— Где прогулял, в борделе? Тебе четырнадцать!

— Ну, знаешь… Разные есть возможности, – туманно ответил Макар.