Книга На перепутье. Даард, страница 144 – Ника Летта

У дверей её покоев стояла Гриса. Судя по лицу, она уже знала всё или почти всё. В доме Маарц слухи действительно не бегали. Они скользили по стенам и приходили раньше людей.

— Сая, — сказала она. — Вода готова. Одежда для встречи тоже.

Аширо остановилась перед ней.

— Уже выбрали, в чём мне встречаться с матерью?

— Предложили.

— Разница есть?

— Огромная.

Аширо невольно почти улыбнулась. Потом вспомнила шёпот эльфиек, фрегат, мужа, слова Даарда.

Улыбка не вышла.

— Гриса.

— Сая?

— Если мой муж потребует меня вернуть по храмовому праву… что сделает дом Маарц?

Лира за её спиной перестала дышать, Гриса не отвела взгляда.

— Дом Маарц сделает то, что решит саш Даард и сша Даргон.

— Это не ответ.

— Это самый честный ответ, который я могу дать.

Аширо кивнула. Вот она, реальность без украшений. Дом не обещал сказок. Даже служанки здесь были слишком умны, чтобы врать там, где ложь потом станет ножом.

— А если саш Даард решит не отдавать? — спросила она.

Гриса медленно склонила голову.

— Тогда тому, кто придёт за вами, придётся очень пожалеть о дороге в Саваш.

Лира тихо выдохнула, Аширо посмотрела на свои пальцы. На те самые пальцы, которые ещё помнили губы Даарда.

Опасно верить. Очень опасно. Но почему-то от ответа Грисы стало легче. Не спокойно, нет, просто легче стоять. Она вошла в покои. Дверь закрылась за спиной, отсекая коридоры, шёпот, эльфиек, мать и всё, что уже неслось к ней под видом закона.

На столе лежала подготовленная одежда. Она подошла к зеркалу и долго смотрела на своё отражение. Она выглядела бледной и уставшей. В гостевом крыле её мать, вероятно, уже подбирала первые слова. Те самые, от которых у девочек становились послушнее спины.

Аширо медленно подняла руку и коснулась пальцами запястья, где под кожей лежал чёрный ответ Маарц. Печать молчала. Значит, на этот раз, когда мать начнёт говорить о долге, крови и чести, Аширо сможет ответить.

Другой вопрос — хватит ли ей смелости не поверить тем словам, которыми её растили всю жизнь.

ДААРД

Мать Аширо вошла в малый зал так, будто её не позвали на встречу, а допустили к алтарю. Шаг ровный. Плечи опущены ровно настолько, чтобы казаться мягкой. Руки сложены перед собой — не покорно, а воспитанно.

Лицо спокойное, светлое, почти печальное. Из тех лиц, за которыми удобно прятать приказ, пока другие называют его материнской тревогой. Гриса стояла у правой стены. По левую сторону расположился храмовник Таргишш. Гоблин выглядел недовольным уже потому, что его вообще втянули в эльфийские семейные разговоры. Но четки на его пальцах двигались медленно, мерно. Он слушал.

Даард стоял чуть позади Аширо. Так, чтобы мать видела: он здесь. И чтобы Аширо чувствовала: он не собирается говорить за неё. Это было труднее, чем должно было быть.

Зверь внутри ненавидел такое положение. Он хотел иначе: поставить Аширо за спину, сомкнуть хвост, отрезать эльфийку от любого взгляда, любого слова, любого вдоха матери. Слишком много запаха старой боли поднималось от Аширо, едва её мать переступила порог.

И страха снова стать послушной.

— Дочь, — сказала эльфийка.

Одно слово, мягкое и правильное. Даард услышал, как у хранимоц на миг сбилось дыхание, но она осталась стоять прямо.

— Сая Акра, — ответила она.