Книга На перепутье. Даард, страница 105 – Ника Летта

Она не посмотрела. Высокородных эльфиек всё же учили не только молчать.

— Саш Маарц, — произнесла она.

— Сая Аширо. — проговорил он слишком быстро.

Он задержал на ней взгляд ровно на миг дольше, чем требовалось приличием, затем повернулся к стражу:

— Лекарь осмотрел печать?

— Утром, саш.

— Отвар?

— Выпила.

— Ела?

— Да, саш.

Аширо прищурилась.

— Я здесь.

Даард перевёл взгляд на неё.

— Вижу.

— Тогда можете спрашивать меня.

— Могу.

— Но не спрашиваете.

— Экономлю время. — послышался резкий ответ.

Из-за плеча Лиры донёсся подозрительный звук. Очень тихий. Почти писк. Один из стражей кашлянул в кулак. Даард медленно повернул голову. Тишина стала такой ровной, что в ней можно было разрезать ткань.

— Весссело? — спросил он.

— Нет, саш, — синхронно ответили оба стража.

Лира смотрела в пол с выражением мученицы. Аширо вдруг поняла, что ей хочется улыбнуться. Не так широко, как в храме, но уголки губ всё равно дрогнули. Даард заметил. И тут же посмотрел на неё так, будто именно она устроила заговор против его достоинства.

— Сссмеётесь над хозяином собственного гнезда, ссая?

Лира побледнела окончательно, стражи перестали дышать. Аширо сложила руки перед собой и почтительно поклонилась.

— Я размышляю, саш Маарц.

— Опасссное занятие.

— В вашем доме, как я заметила, опасно всё.

В его глазах мелькнуло что-то тёмный интерес, а потом он просто ушёл. Стражи выдохнули только после того, как хвост скрылся за поворотом.

— Что? — спросила Аширо.

Лира осторожно подняла на неё глаза.

— Сая… вы очень храбрая.

— Нет, Лира. Я просто иногда устаю бояться.

После этого слухи пошли быстрее. Не прямые. В доме Маарц никто не был настолько глуп. Но Аширо ловила обрывки.

— …волосы опять…

— Тише.

— Да я ничего.

— Ты уже слишком много.

— Он сам виноват. Нечего ходить так, будто его за хвост к ней тянет.

— Хочешь, чтобы тебя услышали?

— Саш или сая?

— Оба хуже.

Однажды за дверью кто-то совсем тихо хихикнул. Затем послышался сдавленный удар, шипение и шёпот:

— Ты что творишь?!

— Я просто сказал, что саш теперь чаще выбирает дальний коридор.

— Вот именно. Он выбирает дальний коридор, чтобы не идти мимо её дверей. Это не смешно.

Пауза.

— Вообще-то немного смешно.

Аширо сидела у окна с книгой, которую не читала, и смотрела на собственные пальцы.

Дом смеялся над ним, тихо и испуганно. С нежностью, которую сам саш Маарц, вероятно, счёл бы основанием для массового наказания.

И это тоже было новым.

В её доме слуги не смеялись над хозяевами. Над женщинами — да. В коридорах, за ширмами, под дых, когда те падали в обморок после слишком тугой вуали или возвращались из покоев мужа с потухшим взглядом.

Над мужчинами — никогда.

А здесь над самым опасным змайсом Элтаэ шептались так, будто он был не только ужасом дома, но и его больной, упрямой, слишком гордой проблемой.

И почему-то это делало его чуть менее чудовищем. Совсем чуть. Опасно чуть.

* * *

В Саваш они перешли утром седьмого дня.

Не через общее зеркало, а через родовой коридор, открытый кровью сша Маарца. Даард шёл первым. За ним — его отец. Потом Аширо, Лира и двое стражей внутреннего крыла. Иллирий остался позади, чтобы явиться позже вместе с частью документов и, как сухо сказал гоблин, “с последними нервами дома”.

Саваш пах иначе. Не влажным камнем пригородного гнезда или лекарственными травами. Не тревогой, которую пытались прятать под дисциплиной. Он пах жаром.