Книга Сердце в оковах, страница 92 – Кэтрин Болфинч

Я думала, что снова буду видеть Адама только во сне, что он станет ночным призраком, который будет приходить ко мне, мучить и вместе с тем делать рутину чуточку лучше. Я думала, что снова буду жить ради встреч во снах. Этот страх нельзя описать. В голове пронеслась сотня мыслей, и еще больше, когда Вито упал к моим ногам. Впервые за пять лет я увидела его слабость. Впервые за пять лет ощутила перед ним не страх. И жалела, что он этого уже не увидит.

Я не испытывала к нему ничего, кроме презрения. Презрения, которое он заслужил. Вито умер так, как должен был.

В этом мире я доверяла только двум людям – себе и парню, которого держала за руку и с которым собиралась сбежать. Теперь уже совершенно точно от людей Вито.

Мы выбрались через небольшое окно в переулок, оттуда на центральную улицу, не оборачиваясь и не глазея по сторонам, просто шли вперед, будто не существовало никаких препятствий и смерти, плетущейся по пятам.

Страх не отпускал меня, когда мы садились в такси, я боялась, что вместо водителя мог оказаться кто-то из людей Вито. Ощущение взгляда в спину не отпускало и когда мы проходили проверку в аэропорту.

Как оказалось, страх был не беспочвенным.

Мы остановились около стойки регистрации на рейс до Цюриха, когда Адам заметил слежку. Совершенно случайно, солдат Вито выглядел так, будто делал что-то подобное впервые. Его взгляд зацепился за меня, то и дело опускаясь в телефон.

Скорее всего, сравнивал с фото.

Я выпрямилась, отвернувшись от него. Взяла Адама под руку, он сжал челюсть и нахмурился.

— Сейчас мы разделимся, – парень ласково заправил прядь волос мне за ухо. Со стороны могло показаться, что мы пара влюбленных, что не может оторваться друг от друга. На деле же я слушала каждое слово, слетающее с губ Адама.

— Обычно после такого все катится к чертям, – отозвалась я.

— Мы уже к ним скатились, стоит рискнуть, как думаешь? – Я оставила его без ответа. Конечно, стоило. И Адам, и я, мы оба были готовы расстаться с жизнью в этом побеге. Просто потому, что решили бороться. Я не сдамся так же, как пять лет назад.

Я оставила Адама у стойки, а сама направилась в сторону уборной. Солдат пошел следом. Я ускорила шаг, лавируя среди толпы, он не отставал.

Каждый удар сердца отдавался гулким стуком в голове. Руки тряслись так сильно, что пришлось сжать ладони в кулаки, чтобы не привлекать внимания, и переставлять ноги, хоть колени и подкашивались на каждом шагу.

«Не убий» – гласила одна из Божьих заповедей. Интересно, попытка убийства считалась ее нарушением? А помощь другому в этом грехе? Впрочем, неважно. Я все равно не собиралась просить за это прощения. Мои смертные грехи – блуд и уныние, и я готова гореть за них в аду.

Дверь маленькой туалетной комнаты отрезала звуки и посторонний шум, превратила их в монотонный гул где-то вдалеке. Я остановилась около раковины, вгляделась в небольшое зеркало, в котором показалась уставшая девушка, с тенями под глазами, небольшим синяком на подбородке, который так и не получилось скрыть. Я выглядела отвратительно, так, будто не спала несколько ночей подряд, хотя сон рядом с Адамом был крепче обычного.

Я открыла кран с холодной водой, надеясь, что следящий за нами солдат потеряет меня из виду. Может быть, если бы мы находились в книге, то так бы и случилось, но звуки гудящего аэропорта вдруг на мгновение вернулись и снова смолкли. Я выпрямилась, замечая в отражении массивную мужскую фигуру. Знакомую. Один из парней Вито, он иногда присматривал за мной, когда я ходила по магазинам или на маникюр.