Книга Между пулей и любовью, страница 42 – Владимир Колычев

— Ну ты и урод! — вне себя от злости простонал Викентий.

Но в спальню вошел вовсе не Артамон.

— Я урод?!

Рэм Каменев стоял с пистолетом в опущенной руке, не человек, а демон из преисподней, смотреть на него страшно, столько в нем адского огня, глаза спокойные, но взгляд пышет жаром.

— Э-э, я… — проблеял Викентий.

Он же усилил охрану, казалось бы, мышь не проскочит, но Камень почему-то здесь. И пистолет у него с глушителем.

— Не надо, пожалуйста! — подала голос Ульяна.

Высунула голову из-под одеяла, смотрит на демона со страхом, но завороженно. Смотрит как красавица на чудовище, которое может превратиться в принца.

— Что не надо? — удивленно повел бровью Рэм.

Он не смотрел на Ульяну, но ему и незачем. Он видел ее со спины, голую, она только-только начала ласкать себя руками. Наверняка мужик под впечатлением. Может, он пойдет ей навстречу. Из чувства восхищения перед ее развратной красотой. Викентий прекрасно знал, зачем пришел бандит, но все же надеялся на пощаду.

— Убивать!

— Тебя не буду, — кинул Камень, направляя пистолет на Викентия.

— Никого не надо!

— А почему твой Вики молчит? Язык проглотил?

— Это я сказала Артамону, чтобы он тебя убил, — произнесла Ульяна.

— Ты сказала?!

— Да, она сказала, — кивнул Викентий.

— Ты хоть понял, что сказал, урод? — презрительно усмехнулся демон. — Бабу свою сдал, как тварь позорная.

— Так на самом деле… Нет, я тоже говорил, — спохватился Викентий.

Камень нажал на спусковой крючок, пистолет дернулся в его руке, пуля стукнула в спинку кровати над самым ухом у Викентия. И что-то лопнуло, но не в спинке, а внизу живота. Как будто узелок какой-то сорвало, под задницей вдруг стало тепло и влажно.

— Глушитель неправильно накрутили, — невозмутимо, спокойно, как учитель труда перед классом, сказал Рэм. — Пуля отклоняется, сейчас поправку возьму.

— Не надо!

Ульяна вдруг вскочила с кровати, как была без ничего, села к Викентию на ноги, закрывая его своим телом, еще и руки раскинула.

— А почему ты думаешь, что я тебя не убью? — насмешливо спросил монстр, с интересом разглядывая ее.

— Потому что!

— Давай договоримся! — крикнул Викентий.

— Давай под одеяло! — Камень повел пистолетом, показывая Ульяне, где лечь и что делать.

И кивнул, соглашаясь на договор.

Ульяна вернулась на свою половину, накрылась, но голову не спрятала.

— Скажи спасибо своей крошке! — сказал Рэм, улыбаясь ей.

И Ульяна кивнула ему в ответ. Как будто «не за что» сказала в ответ на «спасибо».

— На самом деле Ульяна всего лишь хотела пристыдить Артамона. Если он такой смелый, почему не вернет рынок?

— А ты смелый? — Камень смотрел на Викентия, как будто хотел испытать его на прочность и выстрелить, если в ответ на вопрос прозвучит «да». Нельзя поддаваться на провокацию.

— Нет!

— И рынок возвращать не станешь?

— Тебе? Как?

— Отказ пиши. От рынка.

— Отказ или дарственную? Если дарственную, то на кого?

— Давай на меня.

— На оба сектора?

— В смысле на оба? — не понял Камень.

Викентий заскрипел зубами от досады. Он-то думал, что бандиты в курсе о его проделках с землей. Его юристы решили все вопросы насчет долгосрочной аренды всего пустыря, провели сделку, щедро смазав ее деньгами, осталось только подписать договор. Рэм и сам забрасывал удочки в этот омут, пытался выйти на нужных людей, поэтому могли узнать, что Викентий их обскакал. А потом еще и киллера по душу вожака отправил.