Книга Кара для мажора. Поспорить на любовь, страница 84 – Ника Оболенская

Алекс ловко припарковывает байк в тени огромного цеха, снимает шлем и помогает мне слезть.

— Ну что, Кудряха, готова немного покричать? — он это и сам почти кричит, чтобы перекрыть гул.

— Мы участвуем?! — не могу скрыть шок.

— Нет, сегодня мы болеем!

— Это же незаконно?

— Конечно! — Он беспечно пожимает плечами.

— А если кто-то расскажет и сюда приедет полиция? — не унимаюсь.

И зачем я это спрашиваю. Ответ же очевиден.

— Пусть для начала поймают!

В компании, в которую меня втянул Алекс, я узнаю еще троих из феечек.

— Как ты сказала? — перекрикивает сочный бит Алекс.

А я со смешком повторяю дурацкое прозвище, которое мы с Полей дали мажорикам.

Алекс откровенно ржет, поглядывая на ничего не подозревающих парней.

Он обменивается рукопожатиями с Тимофеем Сафоновым и Камилем, фамилию которого я благополучно забыла. Здоровяк Сева, вступившийся за меня перед сворой Вики Лапиной, стоит чуть в стороне и не спешит жать руку Алексу.

Оба делают вид, что так и надо. Но мне кажется, что между ними будто черная кошка пробежала.

Тим, посмеиваясь, сыплет пошловатыми шутками, но, что удивительно, касаются они только незнакомых мне девчонок.

Мою скромную персону он обходит стороной. Только разок обзывает Столицей, за что я тут же ласково называю его Стеллой и прошу не слепить меня своим сиянием.

И пусть теперь голову ломает, почему!

Но в целом, никто не превращает наше общение в травлю.

— Не думала, что у таких есть кодекс чести, — признаюсь Алексу, пока идем к месту заезда.

— Каких таких?

— Ну… — пожимаю плечами, подбирая слова. — Избалованных?

— Чую, что хотела сказать «охуевших», но постеснялась, — хмыкает он.

И неожиданно резко прижимает меня к себе. Мимо проносится какой-то парень, и я испытываю в этот момент благодарность. Тот бегун явно пихнул бы меня, если бы не помощь Беса.

Кошусь на него. Он продолжает невозмутимо шагать рядом, будто ничего такого не произошло. Но пальцев с моей талии не убирает. И мне это нравится.

В груди как-то подозрительно теплеет, и мои глупышки-бабочки снова щекочут меня своими крылышками.

«Не влюбись, Рин», — говорю я сама себе.

И чувствую, как к нежному трепету примешивается тяжелая горечь.

«А если уже поздно?» — вдруг прошивает меня насквозь мысль, и я сбиваюсь с шага.

Я наблюдаю за гонкой в кольце рук Беса, но едва ли понимаю, где я нахожусь.

Сердце давно решило перевыполнить план по тахикардии, а противные бабочки в животе разлетелись по всему телу.

А как еще объяснить, что я чувствую небывалую легкость. Еще немного, и я просто взлечу вверх как воздушный шарик.

Правда, мой якорь держит меня очень крепко.

— Не устала? — Алекс касается моего уха губами. Так… интимно, что я не сдерживаю дрожь.

— Нет.

Я поворачиваю голову. Он так близко.

Смотрит на меня, пожирая взглядом.

Его лицо склоняется ко мне. Ниже. Еще ниже. Еще немного, и мы соприкоснемся губами.

Во рту пересыхает, облизываю губы, ловя потемневший взгляд каре-голубых глаз.

Он меня сейчас поцелует.

Я хочу этого или нет?

— Я… — выдыхаю, и тут толпа радостно взрывается разноголосым ревом.

Победил? Кто-то победил. Но мне все равно.

Кажется, я проиграла своим чувствам.

— Вау! Как красиво! — От восторга у меня захватывает дух.

Стискиваю ладонями шлем. Ветер играет волосами, наверняка превратив их в воронье гнездо.