Книга Чудо для Hot-табыча, страница 76 – Влада Ясная

Принесли десерт — что-то невероятное, с воздушным кремом и ягодами. Надя ела и прикрывала глаза от удовольствия, а я смотрел и понимал, что готов кормить её этим десертом каждый день, лишь бы видеть это выражение лица.

— Тимур, — сказала она вдруг, откладывая ложку. — Я хочу спросить.

— Всё, что угодно.

— Ты не пожалеешь? — Она смотрела серьёзно, в глазах — тень тревоги. — Я — человек. У меня нет магии, нет долголетия, нет ничего, что есть у ваших женщин. Я состарюсь, а ты останешься молодым. Я умру, а ты будешь жить дальше. Ты правда готов к этому?

Я молчал. Смотрел на неё. Думал.

— Знаешь, — сказал я наконец, — драконы живут долго. Очень долго. Я видел, как умирали те, кого я любил. Я привык к потерям. — Я взял её руку, сжал. — Но я никогда не встречал ту, ради которой захотел бы сократить этот срок. Ту, с которой каждая минута стоит года жизни без неё. Ты — такая.

Она плакала. Слёзы текли по щекам, капали на скатерть, но она улыбалась.

— Дурак, — прошептала она. — Любимый дурак.

Я встал. Подошёл к ней. Опустился на одно колено прямо у её стула. Достал коробочку.

— Надя, — сказал я. — Я не умею красиво говорить. Я умею делать — защищать, заботиться, любить. Но сегодня я попробую.

Она смотрела на меня, затаив дыхание.

— Ты ворвалась в мою жизнь, как ураган. Ты перевернула всё, что я знал о себе. Ты заставила меня чувствовать — по-настоящему, до дрожи, до потери контроля. Ты приняла меня — не идеального, не человека, чудовище из легенд. И за это я буду благодарен тебе всю свою жизнь.

Я открыл коробочку. Бриллиант вспыхнул в свете свечей, заиграл гранями.

— Надежда, я прошу тебя стать моей женой. Моей парой. Моей единственной на всю жизнь — какой бы долгой или короткой она ни была. Я обещаю беречь тебя, защищать, любить. Обещаю дарить пионы и возить в рестораны. Обещаю быть с тобой в болезни и здравии, в богатстве и бедности, в человеческом обличье и драконьем. Ты согласна?

Она смотрела на кольцо. На меня. Снова на кольцо. Слёзы капали на платье, но она улыбалась так, что у меня сердце останавливалось.

— Да, — выдохнула она. — Да, Тимур. Да.

Я надел кольцо ей на палец. Оно село идеально, будто всегда там было. Я поднёс её руку к губам, поцеловал.

— Спасибо, — прошептал я. — За то, что согласилась быть моей.

Она обхватила моё лицо ладонями, притянула к себе. Поцеловала. Долго, глубоко, со всей любовью, на которую была способна.

Вокруг хлопали — я только сейчас заметил, что официанты и повара вышли из кухни и смотрели на нас, улыбаясь. Надя рассмеялась, уткнулась мне в плечо.

— Неудобно-то как, — пробормотала она.

— Пусть завидуют, — ответил я.

Мы вышли из ресторана, держась за руки. Ночной город дышал прохладой, но Надя была в моём пиджаке — я накинул ей на плечи, и она утопала в нём, как в коконе.

— Куда теперь? — спросила она.

— Домой. — Я прижал её к себе. — К нам домой.

Она улыбнулась.

— Звучит как самое прекрасное слово на свете.

Я поцеловал её в макушку. Посадил в машину. И мы поехали — в новую жизнь, где были только мы, наше кольцо на её пальце, и впереди — целая вечность.

Ну, или столько, сколько нам отпущено. С ней — и этого достаточно.

Мы сели в машину, и я уже хотел сказать водителю адрес, как Надя вдруг повернулась ко мне. В полумраке салона её глаза сияли, как две звезды, а улыбка была такой счастливой, что у меня внутри всё переворачивалось.