Книга Чудо для Hot-табыча, страница 59 – Влада Ясная

Чешуя поползла по телу, разрывая рубашку. Глаза загорелись желтым. Я уже не сдерживался.

Четвертого разорвал практически пополам. Пятому проломил череп ударом кулака, на котором уже проступили когти. Шестой попытался бежать — я догнал в три прыжка, схватил за горло, поднял в воздух.

— Где Алана? — прорычал я, чувствуя, как голос срывается на звериный рык.

— Не... не знаю... — захрипел тот. — Она сказала... девку убрать... и тебя...

Я сжал пальцы. Хруст. Тело упало к ногам.

Я оглянулся. Восемь трупов, кровь на хвое, разбитые машины. Тишина. Только ветер шумит в кронах, да где-то далеко ухает сова.

Надя.

Я рванул в лес, туда, где мелькнула белая куртка. Ветки хлестали по лицу, корни норовили сбить с ног, но я бежал, не чувствуя усталости. Сердце колотилось где-то в горле.

— Надя! — заорал я. — Надя!

Тишина.

Лес молчал. Темнота сгущалась, туман поднимался от земли, обвивая стволы. Где она? Куда побежала? В этой темноте, в этом тумане можно пройти в двух метрах и не заметить.

Я побежал дальше, прислушиваясь, вглядываясь. Где-то справа хрустнула ветка. Я метнулся туда, но это оказался кабан — здоровый секач, который фыркнул и ломанулся прочь.

— Надя! — снова крикнул я.

И вдруг — выстрел. Один. Совсем близко. Со стороны дома.

Я рванул туда, забыв про усталость, про боль, про все на свете. Только бы успеть. Только бы она была жива.

Я бежала. Ветки хлестали по лицу, царапали руки, цеплялись за волосы, но я не чувствовала боли. Только ужас, огромный, липкий, заполнивший всё внутри. И тишину. В ушах стоял звон, а сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать.

Я не знала, куда бегу. Вперёд. Просто вперёд, подальше от того места, где стреляли, где Тимур остался один против этих чёрных фигур с автоматами. Где он крикнул мне: «Беги!», и я побежала, потому что не могла ослушаться, потому что в его голосе было что-то, не терпящее возражений.

Лес навалился со всех сторон. Тёмный, чужой, живой. Сосны уходили в чёрное небо, где не было видно ни звёзд, ни луны — только густая темень, в которой всё казалось одинаковым: стволы, корни, кусты. Я споткнулась о корень, упала, больно ударившись коленом о камень. Воздух со свистом вырвался из лёгких. Я замерла на секунду, прислушиваясь.

Сзади — ни звука. Ни выстрелов, ни криков, ни топота ног. Только ветер шумит в кронах, да где-то далеко ухает сова. Но тишина эта была страшнее любого шума. Потому что я не знала, что там, позади. Убили Тимура? Взяли в плен? Или уже идут за мной, просто идут тихо, чтобы не спугнуть?

Я вскочила и побежала дальше.

Ноги заплетались. Сапоги скользили по мокрой хвое, в них набилась земля, ветки, колючки. Джинсы промокли насквозь — я пробежала через какой-то ручей, даже не заметив, как холод обжёг щиколотки. Лёгкие горели, каждый вдох давался с хрипом, но останавливаться нельзя. Нельзя.

Мысли путались. Тимур. Тимур остался там. Что с ним? Он же не боец, он бизнесмен, у него пистолет, но их было много, очень много. Я видела, как они выскакивали из машин, как сверкнули стволы. Господи, пожалуйста, пусть он будет жив. Пусть он будет жив.

Колючая ветка полоснула по щеке. Я вскрикнула, прижала ладонь к лицу — на пальцах осталось что-то тёплое и липкое. Кровь. Плевать. Я побежала дальше.

В какой-то момент мне показалось, что сзади кто-то есть. Шорох, треск ветки, дыхание? Я резко обернулась, вглядываясь в темноту. Никого. Только стволы, стволы, стволы, бесконечные, как солдаты в строю. Но тени между ними двигались — или просто казалось от страха?