Книга Моё бессонное лето, страница 9 – Яна Ланская

Оля бы с ума сошла, если увидела.

Мы пьём из одних бокалов, постоянно целуемся, танцуем. Я не могу оторваться от него. Его взгляд сводит с ума. Наглый и сладострастный и одновременно нежный.

Каждое его движение, прикосновение разжигают во мне огонь. Он даже дыханием меня распаляет. Когда мы танцуем, рядом никого нет, только я и он. А все остальные просто реквизит. Крышеснос.

Он поворачивает меня к себе спиной и за живот вдавливает в себя. Наши бедра двигаются в такт движовому треку Лекса. Я явно ощущаю его внушительное возбуждение, и меня от этого ведёт еще больше. Как будто он создан, чтобы меня искушать.

— Малыш, — шепчет на ухо, задевая языком и запуская табун мурашек, — у тебя телефон вибрирует.

Проверяю. Мама. Без пяти двенадцать.

— Мне пора, — произношу с болью в голосе. Грустно осознавать, что лучший день в моей жизни подходит к концу.

— Малыш, — наклоняется ко мне и шепчет в губы, — дождись, когда все уснут, и сбеги ко мне.

— Сбежать? — Точно! Как же я сама до этого не додумалась. Моя спальня на первом этаже, я просто вылезу в окно и всё.

— Да. Я буду ждать. Очень-очень, — вжимает меня резко в себя, и мне в живот упирается его достоинство.

— Сбегу! — Смеюсь. Дэмн, да! Я сбегу к нему! И буду убегать каждую ночь, надо будет, и в Москву убегу. Сейчас же документы подам.

Выхожу из дома и резко оказываюсь в другой реальности. Из дома не доносится ни звука. Только сквозь панорамные окна видна отвязная вечеринка. Мама даже представить себе не может, что там творится. Она бы решила, что у нас оргия. Ха!

Возвращаюсь домой и прохожу тщательный контроль. Мама меня обнюхивает и спрашивает, не позволила ли я себе больше положенного. Абсурд. Бокал вина можно, а два нет. Видела бы она, как я пила коньяк с Женей из горла.

Приходится сесть пить чай и вести с ней беседы. Рассказываю, кто там был, и подробно описываю дом. Остальные подробности ей знать не нужно.

Наконец, спустя сорок минут мама уходит.

Жду в комнате ещё двадцать минут и вылезаю в окно. Приходится красться по самому периметру забора, чтобы меня вдруг что не увидели.

Выбегаю за территорию и сразу забегаю к ребятам, вдруг соседи увидят и маме доложат. С заднего участка доносятся голоса, иду на них и в зарослях пампасной травы врезаюсь в кого-то.

— Оля? Ты что здесь делаешь? — Узнаю сестру.

— Отвянь! — отталкивает меня сестра и убегает с участка. Лицо красное, голос заплаканный. Она вся заведённая. Лекс что ли обидел?

Как она тут оказалась? Сбежала, пока я с мамой чаи гоняла? Хитрая лиса. Прохожу дальше и встречаюсь с Лёшей.

— Привет! А что с Олей? Вы поссорились? Почему она заплаканная в кустах?

— С Олей? — Удивлённо спрашивает, — я её не видел. Она сказала, что не придёт.

Что-то очень странное. Ладно, не моё дело.

— А где Женя?

— В доме поищи.

Я прохожу к террасной двери, через которую и покинула этот дом, и не верю своим глазам. Моргаю несколько раз, но картинка не исчезает. Сердце уходит в пятки. Во рту пересыхает, а в голове гудит. Я не могу сдвинуться с места.

Мне явно видно через огромные окна, как мой Женя грубо трахает на барной стойке какую-то девицу.