Книга Моё бессонное лето, страница 77 – Яна Ланская

— Не переживаю. Спасибо! Научишь меня завтра катать?

— Попробуем, но у меня пока другие планы на тебя, — вгоняет меня в краску Женя.

Пока мы идём сквозь толпы пассажиров, я уже вовсю представляю, как буду с ним парить на кайте. Как мы будем гулять по крышам, купаться, веселиться. Как я буду ночами напролёт зависать с ним на студии и смотреть, как он творит.

Мы подходим к дедушкиной машине, и Женя начинает смотреть в приложении, где его такси.

— Такс, не прощаемся, бемби, — чмокает меня при маме, демонстрируя ей открыто свои намерения.

— О, — подходит к нему мама вплотную, — полагаю, это ваша последняя встреча с моей дочерью, молодой человек. Тата, садись в машину.

У меня непроизвольно из груди вырывается возмущённое фырканье. Это шутка какая-то?!

Взгляд начинает метаться между Женей и мамой, я не понимаю… Может, я не расслышала? Повиноваться я точно не собираюсь и стою как вкопанная.

Бедный Виктор Николаевич не знает куда деться и нервно протирает фары.

— Что-то не так, Наталья Петровна? — Уверенно спрашивает Женя.

— С чего бы начать, — притворно улыбается мама. — Да всё не так, Евгений. Начиная с ваших вечеринок с запрещёнными веществами и заканчивая вашими неблагопристойными творениями с использованием моей дочери. Наши юристы уже этим занимаются. Заявление в правоохранительные органы тоже подано. И разумеется, я позвонила Аркадию и сообщила, что вы устроили в его доме. Долго вы здесь не задержитесь. Всего доброго!

— И Вам! — Невозмутимо говорит Женя, и даже ни один мускул на его лице не дрогает.

Мама садится в машину и показывает мне своей тонкой бровью, что ждёт того же и от меня.

Мы переглядываемся с Женей и молчим. А что говорить?! Виктор Николаевич открывает мне дверь и буквально заталкивает в машину.

— Не нервничай и не обостряй. Разрулим, — приходит тут же сообщение от Жени. Он с Егором отходит и напоследок мне подмигивает.

— Дай свой телефон, — категорично заявляет мама.

— Зачем?

— Затем, что я у тебя его изымаю.

Ловлю в зеркале заднего вида обеспокоенный взгляд водителя и окончательно теряюсь. Да, мама строгая, но сейчас она явно перегибает. Какие юристы, заявления, жалобы? Ещё и телефон забрать хочет.

— Мам, я вроде не в пятом классе, чтобы гаджеты отдавать.

— Не в пятом. Ты у нас уже такая взрослая, что на семейном совете встал вопрос о твоём лечении в рехабе.

— В смысле? Какое лечение? Какой ещё рехаб?

Сюр какой-то. Я вообще не понимаю, что происходит и о чём она.

— Он тебя подсадил на наркотики. Ты думаешь, я не вижу? Ты стала грубой, целыми днями не выходишь из своей комнаты, у тебя резкие перепады настроения, нет аппетита, нет сна.

От волнения начинаю задыхаться, во рту пересыхает, и мне сложно возразить ей.

— Мам, — наконец у меня получается совладать с собой, — это влюблённость. Мы ссорились, у нас были непростые взаимоотношения, я переживала и всё. Клянусь тебе!

— Сегодня Ваня показал тёте Ире клип с твоим участием. Я уж молчу, что ты там выглядишь как последняя потаскуха и мне стыдно знакомым в глаза смотреть. Но тётя Ира — врач-нарколог, если в твоём мозгу эта информация ещё хранится, и она дала однозначное заключение — ты не в трезвом состоянии снималась!

Замечаю, что у мамы начинают трястись руки, она остервенело загоняет кутикулу себе под матрикс, и её лицо покрывается пятнами. Она очень переживает.