Книга Моё бессонное лето, страница 135 – Яна Ланская

Я не замечаю, что мы уже подъехали к нашей башне и разговариваем у входа.

— Я пойду. Прости меня, пожалуйста!

— Никогда ещё передо мной за такое не извинялись, — усмехается Фара. — Давай, красавица, не чуди!

Бросаю робкий взгляд на него, и глаз выцепляет циферблат на панели. Почти три часа ночи…

Смотрю на себя в зеркало лифта с омерзением. Отказ Фары не имеет никакого значения, я ему изменила. Я была готова. Я теперь ничем не лучше Жени. Разница лишь в том, что моя сестра предательница, а его друг нет.

Дрожащими пальцами ввожу код на двери и вхожу в квартиру. Женя стоит у противоположной стены с ноутбуком и бокалом и смотрит на меня подозрительно.

Он чувствует…

— Где ты была? Я тебе раз сто звонил! — Ни малыша, ни бэмби. В его голосе никакой ласки. В глазах никакого волнения. Лишь контроль…

Вот он. Манипулятора ослушались, и он сразу явил своё лицо.

— С Фарой…

— С Фарой? — Его серые глаза чернеют, а углы челюсти сжимаются. — И чем ты с ним занималась до трёх ночи?

— Тем же, чем ты с Олей.

Не успеваю договорить и сразу же жалею о сказанном. По Жениному взгляду в полной мере осознаю смысл фразы «убить словом».

Сколько в его глазах боли, разочарования и отчаяния. Они тускнеют в миг и разрывают меня своим немым криком.

— Жень… Жень, я пошутила! — Выкрикиваю и понимаю, что слово не воробей, я его не поймаю.

Он смотрит на меня пустыми, абсолютно не понимающими глазами, закрывает ноутбук и ставит вместе с бокалом на консоль. Трёт свои глаза, будто хочет избавить себя от дурного видения, и уходит в гостиную. Садится на пол и прислоняется к дивану спиной. Смотрит в окно на бескрайний горизонт города стеклянными глазами. Бросаюсь к нему и сажусь рядом на колени.

— Жень, ничего не было, не было! Мы просто клип снимали, — хватаю его за руки, а у него от этого лицо болезненно перекашивается, и он одёргивает их.

Он не смотрит на меня, будто бы и не слышит. Мне хочется думать, что он в наушниках, но нет, он в вакууме. Словно меня здесь нет. Он не реагирует.

— Женя! Ну прости меня! Я не знаю, зачем это сказала! Умоляю, прости меня! Ничего же не было! Ниче-е-его! Клянусь! Я… Я предложила поехать к нему, честно признаюсь, но он не согласился, и я тут же поняла, что я его не хотела, я хотела тебя задеть. Но это же не измена, Жень! Я бы не смогла! Я знаю, что не смогла! Женя! Прости! — Смотрю на него с мольбой, утираю свои слёзы, но уже и камень бы мне дал реакцию.

Меня сотрясает от немых рыданий, ощущение, что кости изнутри разрывают меня, мне абсолютно одинаково больно и внутри, и снаружи.

Почему я не послушалась Федю? Почему начудила? Почему не услышала его слова о том, что после мести будет только хуже? Почему я не могу отмотать время на пятнадцать минут назад? Хочу зайти снова в этот лифт, открыть дверь и поцеловать Женю при встрече, а сейчас… Сейчас я уверена, что потеряла его навсегда. И к своему ужасу я понимаю, что это для меня смерти подобно.

Федя сказал, что всё просто и если с человеком хорошо, то ты остаёшься, а если плохо — уходишь. С Женей мне бывает невыносимо плохо, бывает запредельно хорошо, но без него невозможно. Я это знаю, понимаю. Я уверена!

— Женя! Не наказывай меня! Скажи что-нибудь! Молчание — очень жёсткая манипуляция! Ори на меня! Оскорбляй! Унижай, не молчи! Не молчи! — Хватаю его за руку и требую сквозь рыдания хоть какой-нибудь реакции.