Книга Дикие глаза, страница 59 – Элси Сильвер

На этот раз смех у меня водянистый. Я фыркаю и смотрю на озеро, качая головой от того, как жалко звучит моя история даже для моих собственных ушей.

Разборки с парнем, возможно, стали последним толчком, который подтолкнул меня к краю. Но правда о том, что сделали мои родители, — это настоящее предательство. Это так больно, так тяжело, что я предпочла бы притвориться, что этого никогда не было.

— Наверняка ты удивляешься, как я могу быть такой доверчивой.

— Это не то, что мне интересно.

Я вдыхаю так глубоко, что мои плечи подтягиваются к ушам, а затем опускаются. Я тянусь за вином. Чувствуется, что оно мне необходимо после того, как я поделилась с кем-то личной информацией больше, чем с кем-либо еще за очень долгое время.

Кто я? Вдохнула в себя немного свежего горного воздуха и выкладываю все, что думаю, местному тренеру лошадей? Вся моя подготовка к пиару пошла прахом.

— И что же тебе интересно? — наконец спрашиваю я.

Глаза Уэста на секунду вспыхивают, и я вдруг перестаю сомневаться, что он сломал несколько носов. Его тяжелый взгляд проясняется, и он отвечает:

— Неважно.

Я устало вздыхаю. У меня не осталось сил сопротивляться.

— В любом случае, я здесь, чтобы работать с Фордом, потому что мне нужен альбом, который будет полностью моим. Даже если я не смогу написать настоящие песни.

— Ты можешь писать песни.

Уэст говорит это, слегка пожав плечами. С такой непоколебимой уверенностью. У меня даже не хватает сил сказать ему, что он не прав.

Он все еще смотрит на меня. Анализирует. Глаза сканируют.

— Это часть того, что ставит тебя в тупик в СМИ?

Я откидываюсь в кресле. Выпиваю и киваю.

Мой телефон загорается на столе передо мной, привлекая наше внимание.

Это оповещение от Google, то самое, которое я до сих пор устанавливаю на свое имя, потому что, очевидно, я действительно мазохист. Не задумываясь, я смахнула его со стола и открыла уведомление.

В игре "Нос против футбольного мяча" Скайлар Стоун снова проигрывает!

К дурацкому заголовку прилагается милая фотография, на которой я корчусь от боли, а из моего носа хлещет кровь. Эту часть я помню совершенно отчетливо. Но Уэст, склонившийся передо мной, руки, нежно сжимающие мои локти, татуировки на виду, выглядит гораздо более интимно, чем я помню.

Большая часть его лица скрыта под шляпой, но я вижу мрачную линию его рта. Я слышу, как он говорит: "Дыши ртом, Скай", и чувствую, как его большой палец проводит успокаивающие круги по внутренней стороне моей руки.

— Прекрасно, — говорю я и бросаю телефон обратно на стол. Заголовок далеко не самый худший из тех, что я видела, но в его формулировке чувствуется скрытое веселье. Это не смешно и не особенно умно. Это самодовольно. — Извини, теперь ты в новостях. Кто-то сегодня на игре сфотографировал мой носовой гейзер. — Я жестом показываю на телефон. — Клянусь, люди получают какой-то больной кайф от того, что унижают меня. Они знают, что мое имя принесет им клики, поэтому хватаются за соломинку и придираются к каждой мелочи, которую я делаю. Все они используют меня, чтобы заработать деньги без моего согласия. Им нравится сбивать меня с ног, чтобы потом возвыситься самим.

Уэст берет телефон в руки, его рука практически проглатывает его. Его брови опускаются на красивое лицо, когда он вчитывается в статью.