Книга Чокнуться можно! Том 1, страница 58 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Жаров, не дожидаясь второго приглашения, пулей выскочил из кабинета. Я остался наедине с бедолагой, который уже забился в угол и пытался отбиться пластиковым ножом от воображаемых рептилий.

Ситуация была комичной только со стороны. На деле делирий — штука смертельная. Сердце может не выдержать такого скачка адреналина. Также могут возникнуть опаснейшие судороги.

Но медицина уже давно умеет решать такие проблемы. Сейчас разберёмся!

— Эй, друг, посмотри на меня, — я старался говорить так, чтобы мой голос звучал максимально мягко. Успокаивающе. Но при этом искал способ схватить его руки, если вдруг пациент решит взять что-то опаснее игрушечного ножа. — Я — главный заклинатель змей в этой больнице. Видишь? Сейчас её укрощу.

Медленно взял со стола фонендоскоп и демонстративно убрал его в ящик.

— Всё, она в клетке. Больше не укусит. Дыши глубоко, — велел я.

Мужик замер, его оранжевый нож дрогнул. Он смотрел на меня глазами, в которых плескалось чистое, незамутнённое безумие, но мой спокойный тон начал медленно вытягивать его из пучины галлюцинаций.

М-да… Подытоживая, все мы хороши! Сократили очередь, смогли принять всех пациентов, присланных терапевтами, а настоящего больного, которому помощь нужна была здесь и сейчас, профукали в общей массе. Молодцы, ничего не скажешь.

Правда, это не только наш косяк. Больных было настолько много, что у нас не было шансов. А мой интерфейс пока что не может выискивать людей с психозами в толпе. Какую-нибудь ошибку мы в любом случае допустили бы. И этот момент тоже следует указать в моём только что заведённом журнале.

Тишину кабинета Жарова, едва установившуюся после укрощения змеи, разорвал знакомый громоподобный бас, доносившийся из коридора. Татьяна Ивановна Короткова, верная своей кличке, мёртвой хваткой вцепилась в Бахаева прямо у входа.

— Семён Петрович, стоять! Куда это вы так лихо несётесь с укладкой? — вопила она. От её криков даже стены начали дрожать. — Я всё видела! Вы вчера лыка не вязали, и сегодня, небось, уже «продезинфицировались»? А ну, дыхните! Я из-за вас и Астахова чуть план не завалила!

— Татьяна Ивановна, пустите! Там пациент тяжёлый, галлюциноз! — отбивался Бахаев, но Каракатица была непреклонна.

— Пациент у него… Знаем мы ваших пациентов! Опять небось собутыльника в ординаторскую притащили? Не пущу, пока рапорт не напишете!

Она с силой толкнула дверь и ввалилась в кабинет Жарова всей своей массой. Наркологов она не боялась, а уж Жарова и подавно. Но стоило ей переступить порог, как ситуация вышла на новый виток абсурда.

Наш «белочник», только-только начавший дышать ровно благодаря моей помощи, увидел перед собой Короткову. В его воспалённом мозгу, где только что ползали змеи, произошёл фатальный сбой.

— А-а-а! Горилла! Огромная бешеная горилла! — взвизгнул он и вскочил на стул.

Больной указал дрожащим пальцем на застывшую от возмущения Короткову и, не долго думая, с криком «Получай, чудище!» метнул в неё свой ярко-оранжевый пластмассовый нож. Игрушка звонко щёлкнула Каракатицу прямо по массивному лбу и отлетела в сторону.

— Что⁈ — Короткова взвыла так, что в шкафу зазвенели пробирки. — Он в меня кинул… Чем он в меня кинул⁈ Псих! Уберите его!

Больной уже лез на подоконник, пытаясь спастись от «монстра».