Книга Спасите меня, Кацураги-сан! Том 16, страница 55 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Когда человек плачет, у него практически всегда начинают течь сопли. Как правило, на самом деле этой жидкостью являются те же слёзы, излишек которых оказывается в носу и выходит наружу.

В её крови увеличилось количество эндорфинов — гормонов счастья, а сама Рин начала успокаиваться. Именно в этом и заключается главная функция плача — помочь человеку перенести сильное эмоциональное потрясение.

Существует теория, что количество инфарктов у мужчин по статистике гораздо выше потому, что в ходе развития социума было принято, что плач для мужчин — это позор. Таким образом сильная половина человечества блокирует один из важнейших механизмов расслабления организма и постепенно ведёт свою сердечно-сосудистую систему к самоуничтожению.

Заставляет задуматься, что важнее — быть здоровым или быть «нормальным» в глазах других людей, которые абсолютно не понимают, что им наплело общество.

— Итак, Сакамото-сан, рассказывайте, что заставило вас посетить мою клинику, — усевшись на своё рабочее место, произнёс я.

— Кацураги-сан, простите, что затянула с этим. Нужно было подойти к вам раньше. Но у меня возникли серьёзные проблемы со старшей медсестрой. Я не понравилась ей с самого начала. Она всеми силами пыталась подмять меня под себя.

— Не продолжайте, — перебил её я. — Мне прекрасно известно, как хорошо она умеет это делать.

Старшая медсестра — один из главных источников проблем и самых идиотских сплетен в клинике «Ямамото-Фарм». Эта женщина ходит на работу как в личный парк аттракционов. Создаёт слухи, затем наблюдает, как они распространяются, ссорит между собой коллег и совершенно не испытывает каких-либо угрызений совести на эту тему.

Лично я над ней никакой власти не имею, поскольку она напрямую подчиняется главной медсестре, а та — главному врачу.

— Сакамото-сан, вам действительно стоило рассказать мне об этом раньше. Я бы уже давно поговорил с ней и с Акихибэ-сан. Её давно пора уволить.

— Слишком поздно, Кацураги-сан, я сегодня отработала последний день. Больше никогда там не появлюсь, — заявила она.

— Вы уволились⁈ — удивился я. — Из клиники «Ямамото-Фарм»? Но ведь вы несколько лет мечтали попасть туда. Зачем вы это сделали?

— Посчитала, что это — дело принципа, Кацураги-сан, — произнесла Сакамото Рин. — Остальные медсёстры держатся зубами за свои места и при этом готовы терпеть любые унижения. Наша старшая медсестра рассказала всей клинике, что медсестра Такеды Дзюнпея якобы уже переспала со всей клиникой. Но она всё равно терпит и продолжает работать. Хотя все эти слухи — обычная выдумка. А когда я сделала ей замечание и сказала, что больше не буду терпеть её выходки, она пригрозила, что уволит мою сестру — Фумико. Регистратура ведь тоже находится под её контролем.

М-да… По-хорошему эту идиотку действительно нужно уволить и лишить лицензии. Таких людей в больницах держать нельзя. Максимум, что ей можно позволить — это торговать на рынке. Хотя и там нужно уметь налаживать контакт с людьми.

— Я уважаю ваше решение, — честно признался я. — Не каждый может всё бросить и сделать шаг в неизвестность. Да, я мог бы помочь вам раньше, но раз уж вы ушли, давайте обсудим, какие планы у вас теперь.

— Поэтому я к вам и приехала. Хотела узнать, нет ли у вас вакансий? — спросила Сакамото. — Зная вашу доброту, сразу попрошу, Кацураги-сан… Если мест нет — так и скажите. Ничего страшного. Просто я изначально перевелась в «Ямамото-Фарм» исключительно благодаря тому, что вы показали мне эту дорогу. И теперь хочу следовать за вами и дальше.