Книга Я вам что, Пушкин? Том 1, страница 186 – Ричард Рубин

(скорее Star Citizen выйдет наконец в полном блеске и великолепии. Или третья «халва»)

Хватка Моники усилилась. Я изо всех сил попытался навесить на морду выражение искреннего участия. Сам же в этот момент понадеялся, что Гару в свое время достаточно молока с творогом ел, кости питал кальцием.

(потом посмотришь на культяпку свою, а она вся мятая и пожеванная, как в мультяшном гэге из 'Тома и Джерри, хихи)

— Успокойся и не бесись, — сказал я, — проехали. Лишний головняк нам с тобой сейчас ни к чему.

— Это т-точно, — согласилась она. На щеках разгорелся румянец, — забавно, я сейчас совсем как Юри. Даже запинаться начала. Переживаю… из-за парня!

Пора бы разрядить обстановку и вообще с этими откровениями заканчивать. Не ровен час Саёри захочет узнать, что же нас так задержало. А еще вода в тапки впиталась, отвратительно, ноль из десяти.

— Пережевывать, конечно, тщательно надо, — глубокомысленно заявил я, — но один и тот же мед в седьмой раз есть невкусно.

— Что?

— Что?

Моника неловко улыбнулась, а потом… пихнула меня в бок. Я скривился и зашипел. Разумеется, она переняла у вредного розового гремлина именно ЭТУ привычку, а не страсть к выпечке или к чтению хентайных комиксов. Потому что наносить простым русским парням увечья легко и приятно. А удар-то у нее мощнее будет, чем у Нацуки, силенок побольше.

— Дурацкая шутка, Гарик, — оценила Моника мои успехи на поприще юмора, — несмешно и, если подумать, гадко.

— Ну, не могут же они все быть великолепными, — просипел я. Способность нормально дышать пропала всего на пару секунд, но скучать по ней начинаешь очень быстро, — эта так, на шесть… с половиной… из десяти.

Моника поежилась и сунула руки в карманы пиджака.

— А у тебя с самооценкой порядок. Бр-р, как же сегодня похолодало резко. Я тогда и правда домой, наверное, не буду тебя задерживать.

Я выпрямился и почувствовал, как что-то кольнуло под ребрами. Сначала подумал, что это последствия внезапного тычка, но быстро понял, что дело в другом. Подозрения вновь подняли голову.

(спроси ее. сейчас, когда вы в глотки друг другу не целитесь, самое время)

— Зачем ты пришла, Моника?

Она посмотрела на меня с удивлением и толикой обиды. Наверное, вот так вот с бухты-барахты спрашивать нельзя, к чувствительным вопросам подводка нужна. Хотя нет, под водку такие беседы тоже не айс.

— Не говори только про планшет. Саёри-то поверит, но мы же знаем, что тебе он задаром не нужен, так ведь? Что тебя сюда привело?

Я был уверен, что у нее найдется куча отговорок, как говорится, на любую букву алфавита. План Б, план В и так до самого конца. Я этот типаж людей прекрасно знаю — они так устроены. Иначе не будут чувствовать себя в безопасности.

Так что рассчитывал услышать много всякого. Стройные, скрупулезно выстроенные версии, недочет в которых смог бы найти только гребаный Шерлок Холмс или на худой конец, тот детектив, которого играл Дэниел Крейг в одной недавней киношке. И то обнаружил закавыку он бы только ночью перед сном, закинувшись кокаином. Не скрою, порадовался бы даже слащавой ерунде вроде «я не нашла тебя дома и отправилась на поиски».

Но к тому, чтобы не услышать… ничего, я готов не был. Только шелест листьев на ветру, звонкий собачий лай вдалеке да треньканье велосипедного звонка (кому вообще в такую погоду взбрело в башку на велопробег отправиться? курьеру разве что).