Книга Бывает и хуже? Том 4, страница 37 – Виктор Молотов, Игорь Алмазов

Позже я навещал соседа и его отца, и у них всё было в порядке. Михаил Петрович стал ещё бдительнее следить за отцом, поставил замки на двери.

— Знакомые лица, — Жаров меня также узнал. — Александр, рад видеть.

Я пожал протянутую руку.

— Взаимно, — кивнул я. — Привезли на освидетельствование?

— Да. Данила, заводи первого! — он крикнул своему напарнику.

Второй полицейский, приземистый паренёк лет двадцати, ввёл мужчину и усадил его на кушетку.

Я кивнул и приступил к первому освидетельствованию. Всё по классике: осмотр, несколько тестов, затем продувание. Опьянение второй стадии.

Затем Данила увёл его в машину и привёл второго мужчину. Молодой парень, примерно двадцати пяти лет, в толстовке с капюшоном… и с кольцом на правой руке.

Да ладно, быть того не может! Я присмотрелся внимательнее, на кольце была видна какая-то гравировка. Да и сам, по телосложению и фигуре, очень уж он похож на этого доставщика Геннадия.

Вот это везение!

— Как вас зовут? — обратился я к нему.

— Ан-ик-дрей, — протяжно икнув, ответил он. — Бра-ик-бра…

— Броников Андрей Владимирович, — не выдержал полицейский Данила. — Доктор, он вообще в дрова пьяный, вряд ли что-то вразумительно сможет вам ответить.

Я кивнул и принялся заполнять второй протокол осмотра. Так, внешний вид помятый, взгляд замутнённый, речь невнятная. Общее поведение заторможенное, реакция снижена. Так, теперь тесты.

В пальценосовой пробе промахивается, прямо пройти не в состоянии. Данила прав, здесь наверняка третья степень.

— Марина, проверь на алкотестере, — попросил я медсестру.

Она кивнула, принялась готовить прибор. Броников тем временем попытался ущипнуть медсестру, но не смог, потому что его начало рвать прямо на пол.

— Ну твою ж мать! — отскакивая, выкрикнул Данила. — У меня так-то кроссовки новые!

Марина же отскочить не успела, и часть рвоты красовалась теперь на её халате, джинсах и обуви. Андрея же продолжало рвать, прямо-таки потоком.

Очередное запоминающееся дежурство, не иначе. Всем пришлось ждать, пока он закончит. Подставлять ведро уже смысла не было.

Наконец поток прекратился. Марина выдала Андрею полотенце, чтобы тот вытер рот. А затем всё-таки проверила его на алкотестере.

— Два и восемь промилле, — озвучила она. — Как он на ногах ещё стоит⁈

Впрочем, Броников уже решил лечь спать прямо на кушетке в приёмном отделении. Приятное зрелище, ага.

— Это третья стадия, его надо оставить прокапаться, — сообщил я полицейским. — Только как-то перенести в другую комнату, здесь мне ещё приём вести.

— И полы мыть, — поморщив нос, добавил полицейский Данила. — Давай, сейчас его перетащим.

Разбудить Андрея не удалось, так что транспортировали его спящим. Марина тут же достала швабру и ведро, решив самостоятельно разобраться с содержимым желудка Броникова.

Данила поспешил в машину, а лейтенант Жаров подошёл ко мне.

— Доктор, можем поговорить наедине? — внезапно спросил он.

Ох и не люблю я подобные разговоры. Один такой с Никифоровым уже был, и закончился он так себе.

— Конечно, — кивнул я. — Пройдёмте, здесь есть небольшой кабинет.

Мы вошли в помещение, я повернулся к полицейскому.

— Что такое? — спросил я.

Жаров замялся. Явно стеснялся озвучивать свою проблему, а это ещё один не самый благоприятный признак.