Книга Друид. Пламя и кровь, страница 57 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Пока Елизавета проводила утренние процедуры с Лариными, я сходил в лес. Собрал семена и молодые побеги тех трав, которые росли здесь в дикорастущем виде: зверобой, тысячелистник, валериана, мята. Остальное – ромашку, календулу, шалфей – придётся заказывать. Но для начала хватит и этого.

Высадил первые семена на поляне. Влил в землю толику маны – совсем немного, ровно столько, чтобы запустить процесс. Семена откликнулись мгновенно. В земле, напитанной целебной водой и усиленной моей магией, они прорастут в несколько раз быстрее, чем обычно.

К полудню Ларины собрались. Настасья выглядела другим человеком. Отёки спали, цвет лица стал здоровым, глаза – ясные, отдохнувшие. Она двигалась увереннее и, что особенно заметно, улыбалась. Не вымученно, как вчера, а по-настоящему.

Ларин тоже изменился. Он по-прежнему опирался на трость, но шаг его стал ровнее, а складка боли между бровями, которая, казалось, навсегда врезалась в его лицо, разгладилась. Он даже выглядел моложе на несколько лет, хотя, возможно, дело было просто в том, что он наконец выспался.

Прощание вышло коротким. Ларин пожал мне руку – крепко, молча. Постоял секунду. Потом сказал:

— Я был неправ. Признаю.

— Вы были осторожны, – поправил его я. – Это другое.

— Нет, – он покачал головой. – Я назвал ваше заведение сараем. Это не сарай. Я не знаю, что это такое, Дубровский, но такого я в жизни не видел. И нога… Нога за два дня не может так измениться. Но она изменилась. Я не буду спрашивать как. Просто скажу: вы делаете настоящее дело.

— Спасибо, Дмитрий Петрович, – с улыбкой ответил я.

Настасья обняла Елизавету. Та что-то шепнула ей на ухо – видимо, последние наставления по отварам и режиму. Настасья кивнула.

— Мы всем расскажем, – пообещала она. – Всем-всем. У Мити в полку столько ребят после ранений мучаются…

— Я дам им адрес, – перебил Ларин. – С вашего разрешения.

— Разумеется, – кивнул я.

Повозка тронулась. Настасья махала рукой до тех пор, пока они не скрылись за поворотом. Ларин не оборачивался. Сидел прямо, смотрел вперёд. Но я заметил, что трость он положил не рядом с собой, как обычно, а убрал в повозку.

Первые клиенты и первый успех. Маленький, но настоящий.

Оставшийся день я посвятил подготовке к совету. Не в смысле речей или аргументов – это я и так обдумал за последние дни. А в практическом смысле: собрал документы, подготовил одежду, дал указания Степану на время отсутствия.

Вечером зашёл к Елизавете. Она заканчивала перенос последних склянок в санаторий и выглядела уставшей, но довольной.

— Ларина мне понравилась, – сказала Лиза, расставляя банки с травами по полкам. – Крепкая женщина. Терпеливая. Ребёнок здоров, я проверила. Отёки были из-за перенапряжения и нервов. Ей просто нужен покой и нормальное питание. Ну и наша вода не помешала, разумеется.

— А офицер?

— Там сложнее, – Лиза нахмурилась. – Кость срослась неправильно. Чтобы полностью восстановить подвижность, понадобится не один курс. Но то, что ты сделал с водой… Всеволод, я не знаю, как это объяснить с медицинской точки зрения, но воспаление в тканях уменьшилось раза в три за два дня. Такого не бывает.

— У нас бывает, – ответил я. – Эта вода даже голос возвращает.

Как оказалось, дальше от самого источника она действует не так сильно, потому я и добавлял в воду свою магию.