Книга Друид. Пламя и кровь, страница 104 – Виктор Молотов, Алексей Аржанов

Ярина победно усмехнулась. Её пальцы пощупали воду за моей спиной. Она удивлённо хмыкнула. Видимо, почувствовала целительскую силу воды.

— Нашла. На самом краю, там, где старый малинник переходит в бурелом. Там земля буквально дышит силой. Идеальное место для гнезда. И я кое-кого создала, – она полезла в глубокий карман своего походного платья. – Хочешь познакомиться? Он ещё немного неуклюжий, но характер – весь в создательницу.

— Давай, раз уж пришла, – пожал плечами я.

Ярина выставила ладонь. Сначала мне показалось, что на ней просто странный комок корней и старой кожи, но это “нечто” вдруг зашевелилось.

Расправились тонкие, похожие на веточки лапки, щёлкнул маленький клюв, сделанный из загнутого древесного нароста, и на меня уставились два жёлтых глаза. Такие же, как у Ярины. Это был маленький фамильяр – живое воплощение её магии, сплетённое из лесного мусора и воли друидки.

Существо издало звук, похожий на скрип сухого дерева, и бодро перепрыгнуло с её руки мне на плечо, едва не свалившись в воду.

— Осторожнее, дуралей, – засмеялась Ярина, подхватывая создание. – Господин Дубровский устал, его лечить надо, а не когтями царапать.

Она снова перевела взгляд на меня, и в нём промелькнуло что-то серьёзное, спрятанное за маской иронии.

— Назвала его Скрипом. Он будет моими глазами там, куда я сама не дойду. Теперь ни один уродец вроде того же Шатунова не пересечёт твои границы незамеченным, – заявила она. – Доволен, хозяин земель?

— Доволен, Ярина. Более чем, – я едва заметно улыбнулся, глядя на копошащегося Скрипа. – Место ты выбрала верное. Теперь в лесу станет чуть спокойнее. Спасибо тебе. А пока… Свободна. И в следующий раз всё-таки стучи.

Она лишь насмешливо фыркнула, подхватила своего деревянного питомца и растворилась в тенях лечебницы так же бесшумно, как и вошла.

Утро встретило меня бодростью, которую мог подарить только лечебный источник и пара часов глубокого сна.

Едва я успел допить кофе, как у ворот моего особняка взвизгнули тормоза знакомого автомобиля. Николай Семёнович выглядел так, будто и не ложился: безупречный костюм, ни одной лишней складки и портсигар, привычно порхающий в пальцах.

— Всё кончено, Всеволод Сергеевич! – провозгласил он, едва переступив порог. – Шатунов под домашним арестом, магическая комиссия уже в пути. Говорят, бедняга так активно брызгал слюной и кричал о заговорах, что лекари вкатили ему тройную дозу успокоительного. Его песенка спета.

Я жестом пригласил его в кабинет и сел напротив, внимательно наблюдая за тем, как Николай довольно щурится на утреннем солнце.

— И всё же, Николай Семёнович, – я чуть подался вперёд. – Зачем такая спешка? Вы вчера серьёзно рискнули, встав между мной и его стрелками. Неужели наша дружба настолько окрепла за одну поездку?

Нефёдов замер, его губы растянулись в лукавой усмешке. Он щёлкнул крышкой портсигара и заговорщицки понизил голос.

— Ну, вы же и сами всё поняли, друг мой. Пока вы эффектно читали Шатунову лекцию о праве и морали, а внимание его охраны было приковано к вашей персоне… мои люди немного поработали в особняке барона. Тот самый артефакт, который Шатунов так жадно зажимал, теперь в надёжном месте. Формально – его “украли” во время суматохи аномальные монстры. Красиво, правда?