Книга Чёрное сердце: Ненависти вопреки и Черное сердце: Смерти вопреки, страница 187 – Александра Ермакова

Пытался лапшу на уши навешать, чтобы совсем растаяла?

Черт!

Растаивала ведь…

Гад! Ценного недостаточно, желает бесценное заполучить?..

Бред какой-то.

Вывод неутешителен: ищу оправдание Зепару, вместе с тем не хочу верить в маниакальные замашки Вадима. To есть, опять топчусь на месте: знать не знаю, кто меня преследует. Придется методом проб, ошибок проверять и вновь рисковать. Что ж, начну ненавязчиво… Хотя начала еще вчера, а с утра продолжила: как только Андрей вышел, набрала Оксану и вызвала в Питер. Якобы очень хочу встретиться… На деле же- столкнуть лицом к лицу с Зепаром и посмотреть реакцию обоих.

— Скажи, — облокачиваясь на стол, чуть подаюсь вперед. Андрей ленно оборачивается. — Как получилось, что ты — директор охранного агентства, казалось бы, такой приземленной работы, и веришь в потустороннее?

— Ивакина, — хмурится Зепар. — Я за твоими поступками и мыслями не поспеваю. С чего вдруг вспомнила?

— Сам советовал: рискни — может, отвечу. Вот и решилась, — придаю голосу непринужденности. — Крутится в голове наш разговор, ничего не могу с собой поделать, — пожимаю неопределенно плечами. — Меня странной не считаешь. От моих галлюцинаций отмахиваешься, точно от назойливой мухи. О родителях моих знаешь больше меня, и даже не удивляешься их, якобы, способностям.

Андрей пристально меня рассматривает, сжимает губы:

— Многие клиенты моего агентства очень верят в паранормальное, — прерывает заминку.

— Почему именно ты? — настаиваю, со страхом ожидая ответа.

— Приходится верить, потому что столкнулся в свое время с… необъяснимым, — умолкает на миг и с явной неохотой продолжает: — Давным-давно, умирая от смертельных ранений, оказался спасен… человеком великой силы и душевных качеств. До сих пор его таковым считаю. Тогда, излечивая, он отдал часть себя…

— Андрей, — несмело перебиваю, — ты говоришь в прямом или переносном смысле?

— Для кого как, — мотает головой Зепар.

— И этот человек?.. — протягиваю с надеждой, услышать дальше.

— Александр, — кивает Андрей с легкой грустью.

Вадим был прав! О боже! Так вот что связывает Никитина и Зепара!..

— Понятно, — изучаю свои руки. Кручу карандаш. — И сейчас ты ему возвращаешь долг?

— Да! — просто кидает Андрей и отворачивается. Уже хочу было задать очередной вопрос, но Зепар снова заговаривает: — Ты должна знать. Александр для меня не просто знакомый, даже не просто спаситель. Он мне заменил отца, — косится через плечо. — Уважаю его и восхищаюсь. После встречи с ним, я переоценил многие вещи. Расставил по-иному приоритеты. Не могу сказать, что моя сущность изменилась полностью, но я стал… немного другим. Поверь, нет честнее, благороднее, бескорыстнее и гуманнее человека, чем Никитин.

— А… ты? — выдавливаю тихо.

Андрей вновь поворачивается. Серьезен, задумчив:

— Я — другой, — негромко отзывается, выделяя каждое слово. — Меня бояться надо.

— Почему? — запинаюсь, но озвучиваю вопрос. Он точно улетает в пустоту. В кабинете висит тягучее молчание. Уже не ожидаю ответа, но он звучит:

— В твоем деле я предвзят, — немного горестно огорошивает Зепар. — Согласился только из уважения к Александру, ведь ты для него… как дочь.

— Прости, — качаю головой. — Не понимаю, в чем предвзятость? Ты приревновал Никитина ко мне? — Глаза Андрея вмиг меняются на угольные. — Ну, — спешу пояснить, — как сын… отца к… дочери? — заканчиваю уже не так уверено.