Книга По краю земли, страница 67 – Катерина Ромм

Камила бродила от одного парапета к другому. Она гладила камни, водила пальцами по узорам и трещинам, выбивала одной ей понятный ритм. Замерев на краю внутренней стены, она выглянула между двух зубцов, лёгкая и ловкая, словно эльф. Меркурус следил за ней краем глаза, но не волновался. Он знал, что она не упадёт.

Это была странная дружба – между здоровым парнем и тихой немой девочкой. Никто не обучил Камилу флорийскому языку немых, поэтому она выдумала свой собственный и объяснялась как умела. Они выросли с Меркурусом в одном дворе, он привык к её манере с детства – и заговорил на языке Камилы, раз она не могла говорить на его. Удивительно, но именно немая девочка умела тронуть струны его души так, что выходила мелодия. Она его вдохновляла, и это было бесценно. Иначе как творить искусство, если вокруг только мрак и тяжёлая работа?

Камила рассмеялась и повернулась к Меркурусу. «Огненный ребёнок», – показала она жестами. Что это значит? Меркурус перегнулся через парапет и тут же узнал своих незадачливых покупателей. Рыжий мальчишка – «огненный ребёнок» – вместе со своим бледнолицым приятелем сидели на скамье и перебирали какие‐то железки.

— Вы знакомы? – жестами спросила Камила.

Меркурус вскинул брови – в который раз он поразился, как тонко она чувствовала такие вещи.

— Да… нет. – Он неопределённо пожал плечами. – Пойдём посмотрим, что у них там.

Говорить приходилось громко и чётко, чтобы Камила могла разобрать слова. Мальчишка услышал его голос, вскинул голову и скользнул по ним взглядом, но, кажется, не узнал Меркуруса.

Пока они спускались со стены – для этого нужно было пройти сквозь бывшую сторожевую башню с древними окошками бойниц и сойти по винтовой лестнице, – к ребятам на скамейке присоединилась девушка. На голове у неё была высокая шляпа, какие носят некоторые эксцентричные мужчины, когда пытаются казаться моложе, и она ей не шла. Волосы были забраны под шляпу. Заметив, что он рассматривает её, девушка поспешно отвела глаза и спрятала руки под бесформенной бордовой накидкой.

— Привет, – сказал Меркурус. – Вы сегодня заглядывали в нашу мастерскую, помните?

— Ещё бы – вы же нас выгнали, – заметил бледнолицый.

— Владелец лавки не в себе. – Меркурус выразительно постучал кулаком по бритой макушке. – Простите. Но, похоже, вы нашли, что искали?

— Выменяли на настойку в другом месте, – пробормотал старший. – Пришлось отдать все запасы.

— Здесь так дорого, – пожаловался младший.

Меркурус взял со скамейки котелок, постучал по дну, ощупал край. Камила внимательно следила за выражением его лица и прерывисто вздохнула за секунду до вердикта.

— Дешёвый сплав. – Меркурус с сожалением покачал головой. – И это всё, что ли? Или вы ещё что‐то купили?

Ребята посмотрели на девушку. Она передёрнула плечиками и недоверчиво взглянула на Меркуруса. У неё были искристые серые глаза, румяные щёки и острый подбородок. Сжав губы, она разглядывала Меркуруса так пристально, словно пыталась просверлить в нём дыру. Затем, видимо, приняв какое‐то решение, незнакомка выдернула руку из-под накидки и сунула ему нож – хорошо хоть не острой стороной. Меркурус почувствовал, как Камила вздрогнула рядом с ним.

— Да уж… – непроизвольно вырвалось у него.

Начинало темнеть, но света ещё хватало, чтобы изучить то ли нож, то ли кинжал со всех сторон. В сравнении с ним несчастный котелок казался произведением искусства. Нож был кривой, собран из отвратительного мягкого металла и повреждённой древесины и украшен камнями с претензией на драгоценность, а на самом деле – обычными стекляшками.