Книга По краю земли, страница 197 – Катерина Ромм

— Десять не дам, – раздражённо ответил он. – И вообще, почему именно десять? Вы мне смету предоставьте сначала.

Женщина медленно моргнула круглыми глазами и разве что не ухнула, как сова.

— Безусловно, я предоставлю, но, как я сказала ранее…

— Всё, я понял. Дам восемь тысяч на больницу, ещё две распределим по частным медикам.

— Благодарю. – Она кивнула и поправила на груди плотный чёрный платок, закрывающий морщинистую шею. Талия приходила к графу не в первый раз и уже усвоила, что морщины отрицательно влияют на его щедрость. – Медикам, конечно, нужно больше, чем две тысячи, но это уже не мои заботы. Пускай сами клянчат.

Сэптен усмехнулся – вот эта прямолинейность всегда ему нравилась. Он даже подумал, не накинуть ли ещё тысячу за такой кульбит, но прежде, чем мысль успела оформиться, в дверь постучали.

— У меня приём! – крикнул граф, однако дверь всё равно приоткрылась, и секретарь просунул в кабинет свою бледную рожу.

— Сердечно извиняюсь. Но к вам из Флоры… из дворца со срочным визитом! – выпалил он.

Сэптен прищурился.

— Сам король, что ли, пожаловал?

— Нет-нет, сэр. – Секретарь открыл дверь шире и теперь уже весь появился на пороге. Худой и высокий, как вешалка: Сэптен обычно скидывал на него верхнюю одежду, когда приходил с улицы.

— Ну, тогда кто?

— Магистр Гимель.

Ответ Сэптену не понравился, но он не дрогнул и даже бровью не повёл. Надо было держать лицо. Прежде всего – держать лицо. Остальное приложится.

— Ради короля я бы, конечно, прервал приём немедленно, – мягко сказал граф и улыбнулся, – а вот магистру земли всё‐таки придётся обождать, пока мы закончим с госпожой Талией. Не беспокой нас больше.

— Всё понятно, сэр. Спасибо. – Секретарь послушно удалился.

Талия дождалась, пока он выйдет, и проронила:

— Мы с вами закончили, разве нет?

Сэптен вырвался из кресла и отошёл к окну, сложив руки за спиной.

— Мне нужно несколько минут, собраться с мыслями перед встречей.

— Полагаете, у магистра для вас плохие новости?

Сэптен смотрел во двор и видел всё, что там происходит. Ничего из этого ему не нравилось.

— Полагаю, самые плохие, – глухо отозвался Сэптен, но так, чтобы Талия не расслышала.

Госпожа распорядитель ангорских больниц встала, однако Сэптен перехватил её, прежде чем она успела сделать шаг в сторону двери.

— Наша встреча продолжается, – прошипел он. – И вы будете сидеть здесь, пока я не скажу, что вы свободны, это ясно?

Женщина вскинула брови и уставилась на Сэптена своими жуткими круглыми глазами, требовательно, будто ждала объяснений.

— У меня нет на это времени! – рявкнул Сэптен. Он выхватил из кармана ключ и прошёл в угол кабинета, за ширму. Вставил ключ в замок, повернул до щелчка. Выбрался на узкую лестничную площадку и поспешил вниз.

…Десять минут спустя карета, запряжённая двумя лучшими графскими жеребцами, выкатила с заднего двора. Сверкающие колёса посылали солнечных зайчиков в высокие окна покинутого кабинета.

Талия наблюдала за этой игрой золотистых бликов и за предусмотрительно задёрнутой в карете шторкой. Когда лошади завернули за угол, унося графа в неведомые дали, женщина звонко рассмеялась и скинула с плеч опостылевший чёрный платок.

Случилось что‐то непоправимое. Сэптен не мог знать, что именно, но чутьё редко его подводило. Поэтому сейчас нужно было выиграть время: переждать бурю, раскинуть сеть информантов, прояснить обстановку и только тогда…