Книга По краю земли, страница 149 – Катерина Ромм

— Ольда Деметрий!

Не успели они подъехать ближе, как на крыльце появилась полная девушка в цветастом платке на плечах и с запачканными по локоть руками. Она бросилась вперед, споткнулась, ухватилась за перила и с хохотом скатилась вниз. Деметрий напрягся, на секунду разглядев в ней Венду – хотя дочь совершенно не походила на эту девушку с медного цвета волосами, веснушками и ямочками на щеках. И Венда, конечно, была младше, но всё же – этот смех и открытая улыбка…

Увидит ли он когда‐нибудь снова, как Венда ему улыбается? По последним сведениям, дочь покинула Ельну в добром здравии – и хотя они с Ивжени, безусловно, всегда волновались за неё, им было спокойнее при мысли, что Венда сейчас на севере. В Ориендейле никто не причинит ей вреда. Деметрий с нетерпением ждал очередного письма: он привык доверять неведомому ангелу-хранителю своей дочери.

И каждый день он молился всем четырём стихиям, чтобы она скорее вернулась домой. Чтобы простила. Чтобы поняла: её побег и боль – самый страшный кошмар для них с Ивжени! Никогда и ни за что они не желали такой судьбы своему ребёнку.

Рыжеволосая девушка-жар-птица тем временем стряхнула землю с рук, поклонилась, разметав густые локоны, и представилась. Её звали Миражет, распространённое в этой округе имя, и она отвечала за порядок на гостевом дворе и в подобии школы, куда малаккцы приводили своих детей, если сами были заняты. Деметрий не смог вспомнить, знал ли он родителей Миражет, но на всякий случай не стал спрашивать. Не хотелось ворошить прошлое.

Они поднялись по лестнице и прошли внутрь, в просторный коридор с высокими окнами. На полу валялись деревянные игрушки и книжки в потрёпанных обложках. Деметрий поднял «Сказки Медовой долины» и покрутил в руках, вспоминая, как они читали их с Вендой. Да, Медовая долина всегда славилась своими рассказчиками…

Миражет провела Деметрия в маленькую комнату, сполоснула руки в умывальнице в углу и шепнула пару слов старшим детям. На столе тут же появились горячий компот и вазочка со смоляными конфетами. Ивжени терпеть не могла эту сладкую вязкую массу, липнувшую к зубам, и Деметрий тоже обычно их не ел, но ради Миражет сделал исключение: сунул в рот одну смолянку и принялся старательно двигать челюстями. Наверное, со стороны это выглядело смешно. Миражет прыснула и тут же густо покраснела, не растеряв, впрочем, ни капли своей миловидности. Она извинилась и вышла, а Деметрий остался разглядывать бедно обставленный «кабинет» с одним столом, жёсткими креслами и книжным шкафом. Стены украшали яркие детские рисунки и плетёные коврики, и кабинет казался уютным, несмотря на всю его простоту.

Миражет вернулась так быстро, что Деметрий не успел расправиться со смолянкой. Впереди себя девушка пропустила женщину… и то, что та действительно из Поверхностного мира, было ясно сразу, с первого взгляда. На ней были джинсы, яркая красная куртка и сапоги на платформе; тёмную косу она перевязала не лентами, а резинкой. Деметрий, продолжая отчаянно жевать, уставился на неё как на чудо света. Женщина в ответ взглянула на него круглыми, тревожными, почти совиными глазами.

— Добрый день? – наконец неуверенно произнесла она, потому что он молчал, парализованный конфетой.

Добрый день! Неужели она говорит на его языке? Деметрий постарался не терять голову: выпрямился в кресле, жестом пригласил женщину сесть напротив и приготовился к долгому разговору.